Перевести страницу

Статьи об охоте

Подписаться на RSS

Популярные теги Все теги

На лисиц. Часть 1.


На лисиц. Часть 1.

Фото И. Бессарабы


Лисица - наиболее популярный зверь в народе. Ее хитрость, осторожность, любопытство и вместе с тем смелость, граничащая с наглостью, широко бытует в сказках. Поэтому охота на этого зверя издревле считается престижной и ей уделялось особое внимание. Немудрено, что совсем недавно, когда шкура лисы почти ничего не стоила и охота на зверя доставляла лишь одни хлопоты, все равно находились настоящие любители этой потехи. Эти фанаты растили норных собак, держали красногонных гончих, носили на себе километры флажков, просиживали ночи в засидках, ползали, подходили к лисам, подманывали их в чистом поле. Видимо, во всех случаях движущей силой было желание померяться быстротой реакции, выносливостью, выдержкой, сметкой и знаниями с достойным противником; в общем немаловажным была и сама престижность охоты. Такие неприятности, как переселение блох с трофея на нового хозяина, а также тьмы блох и клещей из норы на собак, при этом в расчёт не принимались. Не всегда на охоте удается спасти из-под земли четвероногого "шахтера", и все же азарт заставляет собаку, которую иногда полуживой освобождают из-под обвалов, вновь и вновь лезть в нору на смертельную схватку. Какое у этих малышей отважное сердце, какой азарт!

Вновь широкое распространение охота на лисиц получила с возвращением моды на их меха и увеличением заготовительных цен. На страницах журнала ряд авторов справедливо высказывали мнение, что цены должны быть подняты еще выше. Последнее привлекло бы больше любителей к данной охоте и способствовало бы оптимизации пушных заготовок. И то и другое важно в связи с тем, что пушнина - валюта, что численность лисиц необходимо строго контролировать, поскольку в большинстве охотничьих хозяйств излишнее количество хищников далеко не безразлично, а также и потому, что в настоящее время, по крайней мере в Европе, лисица - резервуар бешенства.

Сокращать численность лисиц до предела, рекомендованного Всемирной Организацией Здравоохранения (ВОЗ), при котором бешенство не распространяется (1 особь на 1 км2), оказалось делом сложным. Зверь этот плодовит, хорошо приспособился к условиям технического прогресса, произошла его синантропизация. Так, на Украине его норы редко располагаются далее 2 км от селений. Как показали наблюдения, цифра, рекомендованная ВОЗ, в условиях нашей страны должна быть на порядок ниже. Это связано с тем, что при распашке огромных площадей угодий с защитными условиями остается мало и на них в наиболее опасный в эпизоотическом отношении зимне-весенний период происходит многократное превышение критической численности.

Заросли кустарников на неудобях (склоны оврагов, балок, обрывы лиманов), широкие лесополосы, массивы тростника, расположенные вдоль родников, ручьев, в вершинах прудов (ставков) - и есть те ремизы, которые привлекают, во всяком случае в степной Украине, на дневку лисиц - и выгнать их оттуда не просто.

Когда количественный состав бригад на зайцев еще не ограничивали на Украине пятью охотниками, мы решили как-то сделать загон в небольшом леске, располагавшемся в вершине балки и занимавшем не более 6-8 га. Восемь стрелков встали на номера, семеро пошли в загон. Сверху сквозь голые ветки было хорошо видно, как три лисицы искусно проходили через линию загонщиков и упорно оставались в этом месте. В конечном счете четыре загона, проведенные в разные стороны, окончились безрезультатно. Однако так бывает не всегда: обычно часть лисиц ведет себя очень осторожно и старается уйти далеко вперед, зато другие пытаются ускользнуть в стороны и, наконец, меньшая часть затаивается или прорывается назад.

В связи с этим поучительна охота в тростниковых крепях Татарбунарского района Одесской области. У лесополосы, в 100 м от лимана Сасык, мы оставили машину, двое загонщиков ушли в широкую часть прибрежных тростников, трое стрелков расположились на береговом склоне возле сужающейся части зарослей.

Начался гон. Ребята с азартом ломились по зарослям, трещали сухими стеблями, умеренно шумели. По их разговорам было ясно, что сильно пахнет лисицей и звери набили целые тропы. Наконец напротив меня заходили вершинки стеблей тростника, прошла одна лисица, затем вторая. Далековато, пропускаю на товарищей, а выстрелов все нет... Наконец, раздался дуплет, собираемся возле стрелявшего. Оказывается, один зверь вышел совсем далеко, второй - на дальнем выстреле, но неудобно. Подходят загонщики и делают выговор за то, что рано сошли с номеров. Как бы в подтверждение их слов две лисицы демонстративно прошли мимо моей засидки, остановились на бугре и спокойно отправились в поле.

Нечто похожее произошло в небольшом массиве тростника, расположенного ниже дамбы очень длинного ставка. Двое опять пошли в загон, еще двое вышли на противоположную сторону и перекрыли путь в поле, мне было предложено продвинуться по дамбе к противоположной стороне и отрезать путь зверям в тростники ставка. На этот раз загон был намного короче. Вскоре раздался дуплет, теперь удачный. Появились загонщики, поздравили счастливчика. Возвращаюсь к машине, но каково же мое удивление, когда метрах в 80, прямо в том месте, откуда начинали, появилась лиса, которая буквально ползком одолела дамбу и ушла по льду в тростниковые крепи ставка. В таких местах мои спутники не раз добывали лисиц и поэтому возлагали на эти места особые надежды. Нас с водителем машины отправили на острие тростникового клина за 3-4 км в вершину ставка, а сами привели в рабочее состояние весьма интересное приспособление, состоящее из двух довольно объемистых барабанов с 200 м тонкой капроновой веревки, на которой через каждый 3-4 м были прикреплены смятые баночки с болтиками и гаечками внутри. Двое надели ремни на плечи, застегнули на груди стяжки и разошлись на противоположные берега ставка. Пятый пошел по наиболее вероятному подветренному берегу, метрах в ста впереди тянущего веревку.

Работа с веревкой, почти как с неводом, довольно тяжелая, но недостаточно производительная. Веревка огромной дугой прыгает по вершинкам растительности, сопротивление немалое и грохот велик, но после загона удалось выгнать на подветренную сторону лишь двух лисиц, хотя в тростнике, судя по всему, было их не менее пяти-шести. Остальные, не пожелав покинуть убежище, либо затаились, либо прорвались назад. Во всяком случае, на нас не вышла ни одна лисица. Можно только предположить, что наиболее осторожных охотники выбили, а хитрых взять данным способом не удалось.

Применение в таких условиях гончих не всегда целесообразно: если зверя не взяли, то отловить собак для того, чтобы обследовать следующий участок, довольно трудно. Фокстерьер более удобен, поскольку за ним легче поспевать вдоль ремиза, кроме того, он может остановить встречного зверя и при необходимости пойти в нору, хотя продуктивнее с ним охотиться поверху, ибо в норе он чаще травмируется и гибнет и меньше выставляет дичи под выстрел.

В одной из бригад, которая прежде охотилась с помощью описанного шумового устройства на границе Одесской, Николаевской и Кировоградской областей, была использована сука гладкошерстного фокстерьера довольно голосистой линии чемпионов: Глюка Чухляева - Джоя Бритнева - Радомес Грекова. Годовалый щенок, следуя за бригадой, быстро понял, что от него требуется, и с большим азартом принялся за работу. Прежде всего собака безошибочно определяла, есть ли в данном убежище лисицы, что исключало пустые загоны и, следовательно, повышало интерес и результативность. Отпала необходимость в протаскивании шумового устройства, и охота сводилась к тому, что один из участников заезжал на машине на противоположный конец зарослей, а двое других в темпе поспевали с боков за собакой, отдающей по следу голос. Всем троим приходится стрелять: наиболее осторожных - заехавшему, уходящих с стороны - преследующим. Звери, которые стараются вернуться назад, нередко встречаются с собакой и вступают в ней в драку. В большинстве случаев фокстерьер берет такую лисицу и удерживает ее до прихода охотника. Использование фокстерьера этой линии (важна отдача голоса по следу) превзошло самые оптимистические ожидания, намного облегчило труд охотников, повысило интерес к этому способу охоты и позволило сократить бригаду охотников до трех человек. Если же в охоте участвуют двое, то один заезжает вперед, второй сопровождает собаку с подветренной стороны.

Однажды я прошел заросли прибрежных кустарников по ветру и видел, как впереди через бугры ушло не менее четырех лисиц. В следующий раз на этом же маршруте ветер дул сбоку и четыре лисицы вышли по ветру в мою сторону на разных расстояниях.

В хорошую погоду эти звери, если нет подходящих укрытий, не редко ложатся днем на поле, предпочитая так называемую лечебную рыллю (поле самой грубой вспашки, где за огромными комьями их трудно увидеть. Большинство охотников обходят такие поля, но те, кто невзирая ни на что, идет напрямик, довольно часто стреляют с подъема лисиц. В сезон 1986/87 г. большинство лисиц было добыто в степных районах Одесской области именно на такой пашне.

Словом, по чернотропу можно практиковать охоту с подхода. Правда, зверя заметить на земле сложнее, чем на снегу. Подходить же к спящей лисице без снега значительно легче: ничего не скрипит и не хрустит под ногами. Кроме того, можно использовать летне-осенний маскхалат, в то время как белый маскхалат на Украине запрещен.

На Украине, при одном охотничьем дне в неделю, охота с подхода на лисиц может быть в любой момент испорчена зайчатинками. В воскресенье стараются выйти на охоту все, кто может, и крест-накрест прочесывают угодья, перегоняя зайцев с поля на поле. Поэтому охоту на лисиц необходимо проводить в "незаячьи" дни.

С целью сокращения численности лисиц ниже критических отметок необходимо повсеместно разрешить на них охоту с началом пушного сезона и до 1 марта, а если появится необходимость, то и до 1 апреля. Примером такого опыта может служить Черновицкая область, где охотник заключает договор на целый сезон с обязательством сдать не менее четырех полноценных шкурок. По этому документу охотник имеет право выйти на отстрел лисиц в любой день недели. В Одесской области подобные разрешения выдают всего на одну неделю, а оформление документов в разных инстанциях порой занимает несколько дней. При этом охотник обязан по договору сдать одну лисицу за неделю. Такой жесткий подход не способствует развитию спортивной охоты на этого зверя и решению проблем, связанных с сокращением его численности.

Нет никакого сомнения, что при охоте на лисиц необходимо разрешить пользоваться белым халатом. Сам по себе он - еще не панацея успеха. Оказывается, и белым халатом нужно уметь пользоваться. Так, на первую охоту в жизни я попал с известным в прошлом в Шатковском районе Горь-ковской области В. М. Фокиным, который неизменно сдавал лисьих шкурок больше всех. Он надел на меня зауэр 12-го калибра, который в то время доставал затыльником до снега, а халата по моему росту не разыскал. Нашли в поле спящую лису. Василий Михайлович дал мне бинокль и говорит: "Смотри на то пятно - лиса. Видишь, уши опущены: значит, спит. Ты садись в ямку и не шевелись",- и пополз к зверю по-пластунски.

Снег сильно скрипел на морозце и, уплотненный ветрами, местами с шумом проваливался. Этими звуками сон зверя был нарушен, и он поднимал уши, прислушивался, поднимал голову и оглядывался. Охотник надолго замирал, пока голова и уши лисицы вновь не опускались. Таким образом, скрадывание при неблагоприятных условиях длилось не менее трех часов. За это время я успел жестоко обморозиться и чуть было совсем не замерз в совершенно не подходящей для этого случая одежонке. Мне казалось, что шума было бы меньше, если бы учитель осторожно шел "пешком" или на лыжах, о чем в сердцах не преминул сказать, когда мы вернулись домой. Василий Михайлович посмотрел на меня с удивлением и сказал, что охотник должен замечать все и решать разные задачки по обстоятельствам. Он думал, будто мне и без объяснений такое должно быть ясно. Далее он предложил выйти на двор и посмотреть против солнца на бугорки и пеньки в саду: "Видишь,- сказал он,- все они занесены снегом, а кажутся из-за теней темными. Вот и я был бы на снегу как чурбан горелый. Так-то, сынок". Когда вернулись домой, он добавил: "Вот ежели пасмурно, тогда солнце учитывать не надо". Подумав немного, он продолжил: "Когда я был молодым и нетерпеливым, как ты, то часто подбегал к мышкующей лисе. Бежит рыжая, и ты налаживаешь за ней, стоит и смотрит - замри. И еще: лиса часто возвращается своим следом. Иной раз и не думаешь, что удастся, ан нет, глядишь, повернула и прямо к тебе!"

В дальнейшем и у меня случались охоты, когда выплескивающаяся сила молодости и неудержимый азарт не позволяли охотиться экономно. Кстати, первую лисицу я добыл именно таким способом. Заметив двух мышкующих на поле лисиц, я стал подбегать к ближней, и когда до нее оставалось метров 300, начал маскироваться густым кустом лозняка так, чтобы он заслонял зверя. Когда я оказался возле самого куста, лиса пошла своим следом и подставила бок метров с двадцати.

Лиха беда начало, важно убить первую! Дальше охота пошла разными способами, и в Шатковском районе я соперничал по сдаче пушнины с именитыми охотниками.

Запомнился случай, когда, преследуя лисицу, старался частично, до пояса, маскироваться за склоном оврага. Рыжая вскоре пошла в пяту, я присел и следил лишь за кончиками ушей из-за бугра, пока они не поровнялись со мной. Приложил ружье к плечу, осторожно встал. Зверь стоял ко мне боком не далее 25-30 м и осматривался. После выстрела он упал, однако вскоре сел и начал зализывать бок. В это время я лихорадочно взводил курки "Идеала", щелкал ими, но осечка следовала за осечкой. Рычаг взвода несколько раз вырвался и разрезал чуть ли не до кости замерзший палец. Лисица так и ушла, а я с тех пор невзлюбил французские ружья данной модели.

К концу Отечественной войны, когда лисиц основательно поубавилось, я застал Василия Михайловича с сыном в поле у стога соломы, возле небольшого костерка. "Вас, что - жена выгнала?!" - сострил я. "Нет, сынок,- ответил он,- вон там на поле лиса мышковала и подалась за бугор. Поди через час: облежится, тогда и брать будем. По следам пойдем, углядим, по такому хрусту подберусь как можно ближе, чтобы не обошла, а Минька стронет, иначе не возьмешь, затем и мальца взял с собой. Лис мало, и без следа сейчас только ноги бить".

Много лет с тех пор прошло. Уже нет Василия Михайловича и его извечного соперника Ивана Михайловича Фокиных, многое с тех пор стерлось из памяти, но воспоминания о первых охотах свежи, как будто это происходило вчера.

При всей осторожности лисица чрезвычайно любопытна, что нередко и губит ее. Непонятный предмет заставляет ее изменить маршрут и приблизиться к нему, обычно обходя по косой из-под ветра. В связи с этим интересны два случая. Как-то я подбегал к мышкующей лисе, но она развернулась и пошла в обратном направлении, обходя меня за 100-150 м. Мышиное попискивание не произвело на нее никакого впечатления, тогда я пошевелил ногой, зверь заметил и по косой подошел на дальний выстрел.

Второй случай произошел в тех местах почти через сорок лет. Теперь там лисиц было несравненно меньше, а охотников намного больше. В один из дней мы шли с компаньоном за лисицей, которая вскоре залегла на противоположном склоне огромной балки. Перед этим охота у нас не удалась, и компаньон, который раньше учился у меня, безапелляционно заявил, что теперь он "профессор" по лисам и будет командовать. Было очевидно, что по испорченному ветром и оттепелями снегу и по такому морозу не подойти к зверю, необходимо было разделиться и одному небольшим овражком подойти к лисице метров на 300, а второму, сделав многокилометровый круг, стронуть зверя. Но "профессор", прикрываясь редкими чахлыми деревьями, тянул на сближение. По овражку, где надуло мягкого снега, добрались до дна балки, а дальше подъем - и все чисто, как на ладони, и не снег, а почти что лед. Стоим, любуемся лисицей, которая спит, опустив уши и уткнув нос в хвост. Топчемся, решаем, как быть,- так и разбудили зверя. Он встал, потянулся, отряхнул с себя поземку и вновь улегся, теперь уже явно наблюдая за нами. Прошло более получаса и стало ясно, что любой охотник, появившийся на склоне, может испортить все дело. Когда я собрался в загон и отошел не менее 40-50 м, лисица не вытерпела, встала, отряхнулась, побежала к нам, обходя на ветер, и скрылась в низине. Чем черт не шутит, стали ждать. Минут через десять в кустиках напротив меня мелькнуло красное пятно. Когда голова зверя скрылась за пеньком, я плавно поднял ружье. Огромный лисовин вышел в 20 м от меня, остановился, пристально рассматривая присевшего "профессора", совершенно не обращая никакого внимания на меня, что подтверждало его появление как результат любопытства.

Мне оставалось только тщательно прицелиться в голову и нажать на спусковой крючок. Делать это надо особенно аккуратно, так как в самый последний момент вся охота может пойти насмарку. Если лисица сорвалась пулей с места и кидается из стороны в сторону, то нельзя терять голову и палить примерно туда. Обычно такие выстрелы - чистые промахи. Необходимо быстро, но не торопясь, обязательно увидеть мушку, пройтись по ходу стволами, обогнать и выстрелить. "Быстро, но не торопясь" приходит к охотнику с годами. Даже стоящую лисицу необходимо стрелять спокойно и осознанно, причем опять-таки быстро, но не торопясь. Этого правила я придерживаюсь особенно пунктуально после весьма забавного случая.

Однажды третий день подряд я пытался подойти к лисице, которая неизменно ложилась посредине отлогого склона и которую всякий раз кто-нибудь вспугивал, мешая ее взять. На этот раз, судя по черным пятнам на тыльной стороне ушей, она лежала спиной ко мне. Это хорошо: в лоб подходить хуже - не поднимая ушей, зверь откроет глаза, заметит движение охотника - и поминай как звали. Следовало подходить не мешкая, тем более что освещение и ветер позволяли. Но в тот самый миг принятия решения в окулярах 12-кратного бинокля появилась вторая лисица, которая спокойно шла почти в километре по полю на противоположной стороне речушки. Как она красиво шла - глаз не отвести! Пройдя 20-30 метров, останавливалась, внимательно изучала все, что находилось впереди, и убедившись, что все в порядке, уже смело трусила дальше. Так короткими перебежками она приближалась к речушке. Возникла мысль, что ее можно перехватить, так как скорее всего она пойдет через речушку и по впадающему в нее с нашей стороны ручейку.

Быстро ретировавшись, низинкой одолел за считанные минуты километр и, пройдя через широкий "карман", среди кустов, окаймлявших ручеек, остановился у обрыва. Простояв минут десять, я понял, что вряд ли лисица будет месить снег по низине, а скорее пойдет по тропе вдоль кустов. Своим следом вернулся в "карман" - и вдруг увидел легкое движение на границе кустов. Я присел и замер. Через короткое время вновь шевеление, лисица смело затрусила наискось, через поляну, постоянно сближаясь со мной. Вот она в 20-25 м, достигла лыжни и по-собачьи ткнула нос прямо в колею. Молниеносно вскидываю ружье и торопливо стреляю, как мне казалось, под лопатку. Зверя как ветром сдуло... Спокойно вывожу (деваться ей некуда) и нажимаю на спусковой крючок - осечка! Быстро переламываю ружье, вновь закрываю его вновь ловлю цель. Выстрел, но, как показали промеры, уже за пределами досягаемости дроби. Несмотря на все старания, я так и не смог найти на снегу следов дроби от первого выстрела, до того он оказался неверным. И не мудрено: сидя на корточках в зимней одежде, вряд ли было разумно торопиться и стрелять навскидку. Лисица мало того, что ушла от меня, она еще пробежала мимо спавшей и увлекла ее за собой. В этот день больше ничего найти не удалось.

При охоте с подхода хорошую службу может сослужить манок, имитирующий писк мыши. Что касается крика раненого зайца, то мне ни разу самому не пришлось добиться успеха; также безрезультатно манил при мне В. М. Фокин. Более того, после такого подманывания лисица что есть духу пускалась наутек. Василий Михайлович объяснял это тем, что именно этой лисице еще не приходилось держать в зубах зайца, который бы вопил таким образом.

Уже в первый год самостоятельной охоты, согласно книге А. В. Уварова (1930) "На лисицу с манком", я смастерил манок, тончайшую резину для него помогли достать в аптеке более взрослые товарищи, настроить не составило труда, так как у тетки за обоями шуршало и попискивало множество мышей.

В мягкую погоду манок работал удовлетворительно, но когда температура падала (охотился я каждый выходной день), он начинал фальшивить. Может быть, это было причиной ряда неудач, поэтому необходимо придумать такой манок, в конструкцию которого не входили бы материалы, резко меняющие свойства при низких температурах.

Если втягивать через сжатые губы воздух в себя, путем тренировки можно добиться, чтобы попискивание напоминало мышиное. Однако на морозе и этот способ подводит. В случае фальши зверь либо игнорирует такие звуки, либо осуществляет проверку, обходя с подветренной стороны, поэтому маскировка охотника должна быть без изъянов.

Из-за небольшой небрежности мне пришлось однажды остаться без добычи. Зверь, поняв, что его не преследуют, медленно уходил, попутно мышкуя. Прикинув вероятный путь лисицы, я обежал низинкой и устроился впереди запорошенных снегом кустов, выбил ямку для ног, сел на лыжи и запорошил снегом их концы; рюкзак бросил, не маскируя, за спину. Ждать пришлось недолго: из-за бугра, метрах в 300, показалась лисица. Она трусила по косой и явно проходила мимо. Когда до зверя оставалось около 200 м, я прикрыл лицо белой варежкой и дважды пискнул мышью. Лиса тотчас остановилась, посмотрела в мою сторону и направилась прямиком ко мне. Хоть и не первая эта охота, но сердце от волнения вырывалось из груди, во рту пересохло. Метрах в 100 она резко свернула, прошла немного, остановилась, подпрыгнула... и съела мышь, после чего побежала прочь. Это было против данных литературы и моего опыта.

Пришлось манить снова, но пересохшие губы не слушались, и в первый раз вместо писка получилось какое-то сипение, во второй - явно фальшивый звук. Лиса остановилась, но теперь весь ее вид выражал недоверие. Однако, постояв, она все же начала обходить меня по косой на ветер. Получалось, что прежде чем она попадет на струю воздуха с моим запахом, то окажется на дальнем выстреле, да и стрелять сподручно, цель слева. Но что это? Зверь остановился как вкопанный, внимательно посмотрел в мою сторону, затем развернулся и ушел, показав хвост. Оглядываюсь - и вижу сзади ярко зеленый рюкзак, диссонирующий с окружающей обстановкой, который я теперь не закрывал собой.

В. Греков


охотник, кандидат биологических наук


Журнал "Охота и охотничье хозяйство" № 01, 1989 г.


На лисиц. Часть 2.



На лисиц. Часть 2.
Весьма интересна охота на засидках, причем в каждом регионе имеются свои нюансы и знать их - задача охотника. Так, на юге УССР распространено подкарауливание у нор, выходов из старых каменоломен, да и в самих каменоломнях. При этом необходимо быть предельно внимательным: лисица нередко покидает укрытие резким броском, и если хоть немного расслабиться, то и ружья не успеешь поднять. Известны случаи, когда стендовые стрелки экстра-класса не успевали выстрелить по внезапно юркнувшему зверю. Некоторые лисицы, прежде чем покинуть нору, высовывают уши, прислушиваются, затем поднимают голову, осматриваются. В этот момент недопустимы какие-либо движения. Даже когда работает в норе собака, то лиса, прежде чем покинуть нору, нередко поступает так же. Если при этом человек стоит в открытую и не шевелится, то зверь после изучения неподвижного предмета опрометью кидается наутек. Если же охотник инстинктивно дернется, то зверь вновь уходит в нору. Заметив появление из норы ушей, можно осторожно приложить ружье к плечу и держать на прицеле нору, пока не появится голова. Однако последнее отнюдь не гарантировано: может последовать сразу бросок, но к нему стрелок будет уже готов.

Зимой, когда резко сокращается число укрытий, охотятся на засидках у зарослей тростника, даже в относительно небольших куртинах и перемычках между ними. При этом специальных засидок не строят, а просто становятся в самих зарослях поближе к краю. С наступлением сумерек можно успешно сидеть на тропах, которые лисицы набивают вдоль лесополос и водоемов, причем на фоне воды и выступившей соли силуэт зверя виден и в темную ночь.

Глаз настоящего охотника, как и глаз исследователя, должен замечать все, а человек - делать правильные выводы. Без этого успешной охоты вряд ли можно ожидать. Например, на зимовках водоплавающих в Ленкорани Дмитрий Калиниченко заметил, что о телеграфные провода часто разбиваются в сумерках утки. Кстати, и до него это многие видели, но выводов не сделали. Так вот он хотел было собирать разбившихся птиц, но не тут-то было. Каждый раз его опережали то шакал, то лиса. В то время за отстрел хищников, в связи с эпизоотией бешенства, платили премию в 100 руб. У наблюдательного и остроумного охотника созрел план необычной охоты: он нарезал увесистых палок и в лунную ночь устроился под столбом. Когда все успокоилось, он кинул палку в провода, которые загудели так, будто в них угодила утка. Не успела палка упасть, как над ней стояли сразу два шакала. Через полчаса он повторил свой маневр. Таким образом, меняя места, он за ночь добыл более десятка хищников.

Не следует пренебрегать охотой на свалках возле птицекомбинатов, куда все еще попадают цыплята, утки: лисицы аккуратно посещают такие места.

Непременное условие охоты на засидках - не обнаружить себя: лисицы прекрасно видят в сумерках и моментально реагируют на малейшее движение. Даже в полнолуние попасть в метнувшегося зверя охотнику средней квалификации - дело почти безнадежное. Однажды я протащил падаль около километра, привязал ее к колышку, вбитому посредине полянки, чтобы не утащили, если вздремну. Вырыв для ног ямку и постелив под себя рюкзак, я удобно устроился метрах в двадцати в большом кусту полыни. Ближе садиться не рекомендуется: зверь нередко обегает приваду, обнаруживает охотника и, невидимый, уходит. Прошло совсем немного времени, и послышался довольно ясный топот, судя по которому лисица бежала по потаску. Обнаружив пищу, она начала обходить ее по кругу. Я не спешил изготовить ружье, и зря: буквально через минуту в секторе обзора, в двух-трех метрах показалась заиндевевшая голова зверя. Его пытливые глаза буквально буравили меня... Через несколько секунд он уже мчался по поляне. Я вскочил, в неверном свете луны мчащаяся лиса показалась мне очень маленькой и далекой. В результате два выстрела с огромными упреждениями оказались чистейшими промахами. Расстояния, как показали промеры, были всего 20 и 25 м.

Кроме этого случая мне пришлось достаточно помазать ночью по лисицам, прежде чем стало ясно, как вести себя в засидке. Однажды на Каспийских зимовках я устроился, лежа в валке морской травы-зостеры, и наблюдал за безуспешной охотой лисицы за отдыхающими на отмелях утками и гусями. Потревоженные огромные стаи с большим шумом отлетали немного и вновь садились, а разгоряченный зверь вновь и вновь начинал скрадывать и преследовать их по совершенно гладкой поверхности. Когда лиса оказалась метрах в 30-ти напротив, я присел и поднял ружье, но она так лихо помчалась, виляя среди лужиц, что два выстрела скорее, напоминали салют. Вскоре я промазал еще двух, не поднимаясь, из положения лежа. Тогда я перешел в заранее отрытую и хорошо замаскированную засидку, расположенную метрах в 12 от берега. Примерно через час появилась лисица. Она деловито трусила вдоль берега, остановилась, что-то съела с хрустом и, не обнаружив меня, прошла метрах в десяти. Я пропустил ее и, когда до нее было метров 20-25, поднял ружье, спокойно прицелился и выстрелил. Теперь зверь не заметил моих движений и был взят чисто. В заранее подготовленной засидке неплохо установить ружье на подставках так, чтобы оставалось лишь нажать в нужный момент на спусковой крючок.

Стрелять в сумерках, и даже при полной луне, по наземным целям на темном фоне трудно, поэтому охотники Ленкорани привязывают на концы стволов белую тряпочку, которую лучше видно, чем стволы на фоне цели. Сначала вместо тряпочки я использовал полоску бинта с узелком вместо мушки, в дальнейшем брал 10 см узкого лейкопластыря, сворачивал большую половину в крепкую катышку и от обреза стволов за мушку наклеивал ее. Вторым отрезком (около 30 см) фиксировал мушку с противоположной стороны; остатками заклеивал полпланки, что позволяло более точно прицеливаться, ибо видны были ошибки по вертикали.

Более надежные результаты давал сделанный из карманного фонарика осветитель с лампочкой в 2,5-3,5 вольта и питанием в виде одной плоской батарейки. Однако такое приспособление было потом в большинстве регионов запрещено, хотя совсем недавно промышленностью выпущен исключительно мощный охотничий прожектор (ОП), который по своим характеристикам не шел ни в какое сравнение с упомянутым прототипом. На мой взгляд, чтобы не было промахов и подранков при охоте на лисиц, следует разрешить пользоваться источником света.

На юге Украины существует мобильный способ групповой охоты (2-5 человек) на лисиц среди виноградников, при котором все участники находятся в движении и всем интересно. Лисицы любят виноград и поедают его в больших количествах. После уборки урожая остается какое-то количество гроздей, которых лисицам более чем достаточно. Бесспорно, что в винограднике обитает много различной живности, и хищник не становится вегетарианцем, но о том, что он воздает должное винограду, говорит его кал, состоящий почти из одних косточек этих ягод.

Лисицы находятся в винограднике не только ночью, но и днем, поскольку он предоставляет в степи прекрасные защитные условия. Однако возле лимана с непролазными терниками часть лисиц тоже днюет в винограднике.

В настоящее время большая часть кустов на плантациях подвешивается на проволоке, натянутой между цементными столбами (шпалерный метод), так что можно ходить лишь вдоль рядов или поперек них по дорогам, рассекающим поле через каждые 100-200 м.

Самое неблагодарное занятие - ходить вдоль рядов, ибо в этом случае можно лишь издалека увидеть зверя. Лучше двигаться поперек рядов, параллельными дорогами, проложенными для удобства сбора урожая и обработки массива. Участники данной охоты образуют не котел, как на поле, а чуть вогнутую или даже прямую линию и идут, слегка подшумливая. Зверь уходит от вспугнувшего чаще по рядку и через самое короткое время появляется на следующей дороге, которую редко одолевает с ходу. Увидев знак вспугнувшего или мелькание рыжего пятна среди кустов лозы, следует спрятаться за столбик, изготовиться и не делать никаких резких движений, пока рыжая не окажется посреди дороги.

Нередко появление лисицы на дороге бывает неожиданным. Если ее не заметили, то она благополучно проскакивает дорогу. Если же заметили, то зверь четко улавливает и резко поворачивает назад. Да так, что и выстрелить не успеешь, а то и отсалютуешь по кустам. Иногда зверь затаивается, но обычно его хорошо видно в чистых междурядьях, и достаточно крикнуть или ударить палкой по проволоке, чтобы он пустился наутек.

Однажды на такой охоте мы были втроем. Зверь внезапно вышел от соседа слева и пробежал через дорогу впереди меня. Знаками я обратил внимание шедшего справа, который , кстати, был без ружья. Он заметил затаившуюся лисицу и вспугнул ее криками. Зверь бросился на этот раз против ветра и на полном галопе вернулся на мою дорогу.

Если охотятся только двое, то лучший и более опытный стрелок должен идти по дороге с подветренной стороны и чуть-чуть сзади.

Одежда охотника на лисиц должна соответствовать погоде, быть удобной, легкой и теплой. Для маскировки на снегу совершенно необходима белая верхняя одежда. При подходе, пожалуй, наиболее хорош комбинезон или брюки и куртка из плотной, непросвечивающей белой материи. Полы халата зачастую полощут на ветру, привлекают внимание зверя и полностью демаскируют охотника. В охоте на лисиц любая мелочь должна быть учтена, ибо именно она способна испортить все дело. Например, когда зверь близко, не мешает маскировать лицо белой варежкой или маской. Следует пришить к защитной одежде карман для бинокля и второй, поменьше, для нескольких запасных патронов, сделать все ремни и ремешки белыми.

В экипировку совершенно необходимо включить 8-12-кратный бинокль, потому что на поле успех сопутствует тому, кто первый обнаружит другого: вы лису или лиса - вас. При сложном рельефе или при наличии укрытий (трава, бугорки, грубая пашня, валки снегозадержания) необходимо, пройдя 100-200 м, остановиться и тщательно осмотреть окрестности с помощью бинокля. В общем, следует придерживаться правила: в перспективных местах больше смотреть и меньше ходить.

Наличие бинокля позволяет сократить отклонения на проверки подозрительных пятен, которые кажутся спящими лисами, и, наоборот, явное пятно оказывается зверем, и охота... испорчена.

Важность бинокля переоценить трудно, но, чтобы он не выходил из строя и не был на охоте бесполезным грузом, следует сделать надежное защитное приспособление на окуляры. Ничего лучшего пока не придумано вместо кожаной крышечки, которой комплектовались прежде все бинокли. Сейчас, к сожалению, их заменили полиэтиленовыми эрзацами, которые хуже выполняют защитные функции. Поэтому рекомендуемую крышечку надо сделать самому из обрезка старого ремня, кусочков тонкой кожи с помощью клея, шила и ниток. Основное требование к изделию - крышечка должна плотно надеваться на окуляры при рабочем разведении тубусов бинокля. При использовании бинокля крышечка сдвигается вверх по нашейному ремешку; при транспортировке, наоборот, сдвигается вниз и надевается на окуляры.

Для того чтобы крышечка не срывалась с окуляров при ношении бинокля на груди, ее следует надевать на внешнюю сторону петли, с помощью которой нашейный ремешок соединяется с биноклем (см. рис.).

На лисиц. Часть 2.

Рис.


1. - крышка кожаная, 2. - бинокль, 3. - внешняя часть нашейного ремешка.


Если возникнет необходимость подползать по-пластунски, то бинокль лучше спрятать в сумку. Кроме того, бинокль можно носить на охоте и в фабричном чехле, маскированным белым, но при этом доставать его часто не совсем удобно, хотя многие выдающиеся охотники в прошлом носили бинокли в фабричных чехлах.

На зверовой охоте в большинстве случаев предпочтительнее кучный бой ружья; пожалуй, лишь возле норы и в густых зарослях желательна широкая осыпь. Учитывая, что на этой охоте стрелять приходится мало и следует дорожить каждой возможностью, то несомненно больше шансов дает 5-за-рядный полуавтомат, чем двустволка. Иногда зверя добывают не только 3-м, но даже 5-м выстрелом.

Большое значение для безотказной работы оружия имеют высококачественные патроны. Наилучшими отечественными гильзами для автоматического оружия в настоящее время являются полиэтиленовые. Они не размокают, выдерживают до 5-10 выстрелов и входят в ствол скользя, как по маслу, но и здесь есть своя ложка дегтя. У этих гильз недостаточно надежное соединение полиэтиленовой трубки с металлической шляпкой. Нередко на третьем, а то и на втором выстреле шляпка слетает и задержка гарантирована.

В мороз полиэтилен грубеет, лопается во время выстрелов и, даже случается, целиком вместе с дробью вылетает через ствол. В таком случае задержка неизбежна, поскольку одну шляпку затвор не выбрасывает. Таким образом, заводам-изготовителям необходимо обратить внимание на укрепление составных частей полиэтиленовых гильз, а охотникам - учитывать данное обстоятельство.

По размеру лисицы значительно отличаются в различных регионах. Так, южно-украинская лисица чуть ли не вдвое меньше среднерусской. В связи с этим, по-видимому, и дробь для отстрела следует применять разную. Кроме того, размер дроби зависит и от расстояния, на котором рассчитывают добывать зверя. Возле норы или в зарослях может вполне подойти и третий номер, а на открытых местах лучше № 1-000. Мой первый наставник (В. М. Фокин) охотился зимой, преимущественно на поле с подхода, и применял дробь № 000.

Варьировать номерами дроби приходится для получения необходимой кучности. По Л. П. Сабанееву и современным расчетам, для чока с сужением 1 мм согласованной является дробь № 0. Опыты показали справедливость данного положения. Добиться еще большей кучности можно с помощью полиэтиленовых пыжей (прокладок) и стаканчиков, а также путем укладки дроби рядами.

В настоящее время для МЦ21-12 мной применяется патрон следующего снаряжения: в толстую полиэтиленовую гильзу засыпается навеска пороха "Барс" 2,1-2,2 г (подбирается опытным путем) так, чтобы при температуре -20 С была хорошая кучность и резкость. Данный порох занимает в гильзе меньше места, чем "Сокол", что позволяет манипулировать пыжами, контейнерами, укучнителями и снарядом дроби. На порох помещаю отечественную полиэтиленовую прокладку, предварительно запаяв дырочку в ее центре раскаленным гвоздем. Затем досылаю войлочный пыж и контейнер (без амортизатора), в который помещаю 35 г дроби и пересыпаю ее крахмалом. Необходимо помнить, что "Барс" требует нагрузок и хорошей обтюрации пыжей.

Рассыпной патрон для охоты у норы или в зарослях состоит из максимальной навески пороха "Сокол", указанной в инструкции, или даже на 0,1-0,2 г больше, в зависимости от используемого ружья. На порох досылаю полиэтиленовую прокладку с дырочкой в центре, два войлочных пыжа, картонную прокладку, затем слой или два дроби № 000 и остальное - дробь № 3. Общий вес дробового снаряда не должен превышать 28-30 г. Выстрел получается мягкий и вместе с тем резкий, с довольно широкой осыпью. С расстояния 15-25 м оба номера дроби проходят туловище насквозь и задерживаются под кожей с противоположной стороны. Имеются и другие варианты получения широкой осыпи крупной дроби из чока, но мне думается, что и этого вполне достаточно.

Оба патрона идут под обычную закрутку. На картонном пыже обязательна маркировка, обозначающая сорт и навеску пороха, номер дроби, год, поскольку патроны чаще всего не расходуются за сезон. Маркировка выглядит примерно так: ОБК/2,1-87 , что означает дробь № 0, порох "Барс", крахмал, навеска 2,1 г, год 1987.

Необходимо взять за правило для всех серьезных охот использовать только новую гильзу: больше шансов, что не произойдет разъединения трубки и шляпки. При хранении в старых гильзах порох разлагается во много раз быстрее, чем в новых.

При снятии шкурок охотник обязан пользоваться резиновыми перчатками, а после - тщательно вымыть руки в перчатках и без них, густо намыливая их в каждом случае по нескольку раз: щелочь довольно быстро инактивирует вирус бешенства. При укусе и ослюнении, что случается на охоте, необходимо это место промыть мыльным раствором или вымыть тщательно с мылом, прижечь крепкой настойкой йода и срочно обратиться к хирургу или травматологу.

Покусы чаще случаются при отлове лисиц, а также когда контуженная выстрелом лисица оживает за спиной на ремне. Случается, подвешенная для снятия шкуры лиса вдруг впивается в незадачливого охотника. Мало того что это чрезвычайно болезненно, к тому же не так просто разжать зубы. Можно привести множество примеров, когда лисица не только кусала, но и благополучно убегала с ремнем или шарфиком на шее, на котором ее несли километры.

Не следует забывать, что реакция у лисицы значительно выше, чем у человека, и обыграть ее можно лишь в том случае, если предварительно дать ей что-либо в зубы (стволы, палку, тряпку) и отвлечь внимание. Мы однажды пренебрегли этим правилом при отлове лисицы для нужд секции кровного собаководства и жестоко поплатились: никто даже не успел заметить, как зверь схватил мою левую руку и, захватывая все глубже и глубже, в самое короткое время сумел буквально изжевать ладонь и пальцы, прежде чем сумели разжать зубы.

Носить на себе убитую лисицу нецелесообразно. Убедившись, что она мертва, следует снять шкурку, оставив для дома лишь ту часть работы, которая занимает много времени, а именно обработку пальцев. Для этого нужно отрезать по суставам конечности как можно короче и остудив шкурку, поместить ее в полиэтиленовый пакет, чтобы кровососущие эктопаразиты не перебрались на вас. Дома в пакет вводятся инсектициды и после гибели паразитов проводится дальнейшая обработка шкурки. Лично я провожу все операции в перчатках. Разумные меры предосторожности необходимы на всякой зверовой охоте, поэтому они не должны охладить тех, кто желает помериться силами с красным зверем. Ни пуха ни пера!

В. Греков


охотник, кандидат биологических наук


Журнал "Охота и охотничье хозяйство", № 02, 1989 г.



На лисиц. Часть 1.


На лисиц. Часть 1.

Фото И. Бессарабы


Лисица - наиболее популярный зверь в народе. Ее хитрость, осторожность, любопытство и вместе с тем смелость, граничащая с наглостью, широко бытует в сказках. Поэтому охота на этого зверя издревле считается престижной и ей уделялось особое внимание. Немудрено, что совсем недавно, когда шкура лисы почти ничего не стоила и охота на зверя доставляла лишь одни хлопоты, все равно находились настоящие любители этой потехи. Эти фанаты растили норных собак, держали красногонных гончих, носили на себе километры флажков, просиживали ночи в засидках, ползали, подходили к лисам, подманывали их в чистом поле. Видимо, во всех случаях движущей силой было желание померяться быстротой реакции, выносливостью, выдержкой, сметкой и знаниями с достойным противником; в общем немаловажным была и сама престижность охоты. Такие неприятности, как переселение блох с трофея на нового хозяина, а также тьмы блох и клещей из норы на собак, при этом в расчёт не принимались. Не всегда на охоте удается спасти из-под земли четвероногого "шахтера", и все же азарт заставляет собаку, которую иногда полуживой освобождают из-под обвалов, вновь и вновь лезть в нору на смертельную схватку. Какое у этих малышей отважное сердце, какой азарт!

Вновь широкое распространение охота на лисиц получила с возвращением моды на их меха и увеличением заготовительных цен. На страницах журнала ряд авторов справедливо высказывали мнение, что цены должны быть подняты еще выше. Последнее привлекло бы больше любителей к данной охоте и способствовало бы оптимизации пушных заготовок. И то и другое важно в связи с тем, что пушнина - валюта, что численность лисиц необходимо строго контролировать, поскольку в большинстве охотничьих хозяйств излишнее количество хищников далеко не безразлично, а также и потому, что в настоящее время, по крайней мере в Европе, лисица - резервуар бешенства.

Сокращать численность лисиц до предела, рекомендованного Всемирной Организацией Здравоохранения (ВОЗ), при котором бешенство не распространяется (1 особь на 1 км2), оказалось делом сложным. Зверь этот плодовит, хорошо приспособился к условиям технического прогресса, произошла его синантропизация. Так, на Украине его норы редко располагаются далее 2 км от селений. Как показали наблюдения, цифра, рекомендованная ВОЗ, в условиях нашей страны должна быть на порядок ниже. Это связано с тем, что при распашке огромных площадей угодий с защитными условиями остается мало и на них в наиболее опасный в эпизоотическом отношении зимне-весенний период происходит многократное превышение критической численности.

Заросли кустарников на неудобях (склоны оврагов, балок, обрывы лиманов), широкие лесополосы, массивы тростника, расположенные вдоль родников, ручьев, в вершинах прудов (ставков) - и есть те ремизы, которые привлекают, во всяком случае в степной Украине, на дневку лисиц - и выгнать их оттуда не просто.

Когда количественный состав бригад на зайцев еще не ограничивали на Украине пятью охотниками, мы решили как-то сделать загон в небольшом леске, располагавшемся в вершине балки и занимавшем не более 6-8 га. Восемь стрелков встали на номера, семеро пошли в загон. Сверху сквозь голые ветки было хорошо видно, как три лисицы искусно проходили через линию загонщиков и упорно оставались в этом месте. В конечном счете четыре загона, проведенные в разные стороны, окончились безрезультатно. Однако так бывает не всегда: обычно часть лисиц ведет себя очень осторожно и старается уйти далеко вперед, зато другие пытаются ускользнуть в стороны и, наконец, меньшая часть затаивается или прорывается назад.

В связи с этим поучительна охота в тростниковых крепях Татарбунарского района Одесской области. У лесополосы, в 100 м от лимана Сасык, мы оставили машину, двое загонщиков ушли в широкую часть прибрежных тростников, трое стрелков расположились на береговом склоне возле сужающейся части зарослей.

Начался гон. Ребята с азартом ломились по зарослям, трещали сухими стеблями, умеренно шумели. По их разговорам было ясно, что сильно пахнет лисицей и звери набили целые тропы. Наконец напротив меня заходили вершинки стеблей тростника, прошла одна лисица, затем вторая. Далековато, пропускаю на товарищей, а выстрелов все нет... Наконец, раздался дуплет, собираемся возле стрелявшего. Оказывается, один зверь вышел совсем далеко, второй - на дальнем выстреле, но неудобно. Подходят загонщики и делают выговор за то, что рано сошли с номеров. Как бы в подтверждение их слов две лисицы демонстративно прошли мимо моей засидки, остановились на бугре и спокойно отправились в поле.

Нечто похожее произошло в небольшом массиве тростника, расположенного ниже дамбы очень длинного ставка. Двое опять пошли в загон, еще двое вышли на противоположную сторону и перекрыли путь в поле, мне было предложено продвинуться по дамбе к противоположной стороне и отрезать путь зверям в тростники ставка. На этот раз загон был намного короче. Вскоре раздался дуплет, теперь удачный. Появились загонщики, поздравили счастливчика. Возвращаюсь к машине, но каково же мое удивление, когда метрах в 80, прямо в том месте, откуда начинали, появилась лиса, которая буквально ползком одолела дамбу и ушла по льду в тростниковые крепи ставка. В таких местах мои спутники не раз добывали лисиц и поэтому возлагали на эти места особые надежды. Нас с водителем машины отправили на острие тростникового клина за 3-4 км в вершину ставка, а сами привели в рабочее состояние весьма интересное приспособление, состоящее из двух довольно объемистых барабанов с 200 м тонкой капроновой веревки, на которой через каждый 3-4 м были прикреплены смятые баночки с болтиками и гаечками внутри. Двое надели ремни на плечи, застегнули на груди стяжки и разошлись на противоположные берега ставка. Пятый пошел по наиболее вероятному подветренному берегу, метрах в ста впереди тянущего веревку.

Работа с веревкой, почти как с неводом, довольно тяжелая, но недостаточно производительная. Веревка огромной дугой прыгает по вершинкам растительности, сопротивление немалое и грохот велик, но после загона удалось выгнать на подветренную сторону лишь двух лисиц, хотя в тростнике, судя по всему, было их не менее пяти-шести. Остальные, не пожелав покинуть убежище, либо затаились, либо прорвались назад. Во всяком случае, на нас не вышла ни одна лисица. Можно только предположить, что наиболее осторожных охотники выбили, а хитрых взять данным способом не удалось.

Применение в таких условиях гончих не всегда целесообразно: если зверя не взяли, то отловить собак для того, чтобы обследовать следующий участок, довольно трудно. Фокстерьер более удобен, поскольку за ним легче поспевать вдоль ремиза, кроме того, он может остановить встречного зверя и при необходимости пойти в нору, хотя продуктивнее с ним охотиться поверху, ибо в норе он чаще травмируется и гибнет и меньше выставляет дичи под выстрел.

В одной из бригад, которая прежде охотилась с помощью описанного шумового устройства на границе Одесской, Николаевской и Кировоградской областей, была использована сука гладкошерстного фокстерьера довольно голосистой линии чемпионов: Глюка Чухляева - Джоя Бритнева - Радомес Грекова. Годовалый щенок, следуя за бригадой, быстро понял, что от него требуется, и с большим азартом принялся за работу. Прежде всего собака безошибочно определяла, есть ли в данном убежище лисицы, что исключало пустые загоны и, следовательно, повышало интерес и результативность. Отпала необходимость в протаскивании шумового устройства, и охота сводилась к тому, что один из участников заезжал на машине на противоположный конец зарослей, а двое других в темпе поспевали с боков за собакой, отдающей по следу голос. Всем троим приходится стрелять: наиболее осторожных - заехавшему, уходящих с стороны - преследующим. Звери, которые стараются вернуться назад, нередко встречаются с собакой и вступают в ней в драку. В большинстве случаев фокстерьер берет такую лисицу и удерживает ее до прихода охотника. Использование фокстерьера этой линии (важна отдача голоса по следу) превзошло самые оптимистические ожидания, намного облегчило труд охотников, повысило интерес к этому способу охоты и позволило сократить бригаду охотников до трех человек. Если же в охоте участвуют двое, то один заезжает вперед, второй сопровождает собаку с подветренной стороны.

Однажды я прошел заросли прибрежных кустарников по ветру и видел, как впереди через бугры ушло не менее четырех лисиц. В следующий раз на этом же маршруте ветер дул сбоку и четыре лисицы вышли по ветру в мою сторону на разных расстояниях.

В хорошую погоду эти звери, если нет подходящих укрытий, не редко ложатся днем на поле, предпочитая так называемую лечебную рыллю (поле самой грубой вспашки, где за огромными комьями их трудно увидеть. Большинство охотников обходят такие поля, но те, кто невзирая ни на что, идет напрямик, довольно часто стреляют с подъема лисиц. В сезон 1986/87 г. большинство лисиц было добыто в степных районах Одесской области именно на такой пашне.

Словом, по чернотропу можно практиковать охоту с подхода. Правда, зверя заметить на земле сложнее, чем на снегу. Подходить же к спящей лисице без снега значительно легче: ничего не скрипит и не хрустит под ногами. Кроме того, можно использовать летне-осенний маскхалат, в то время как белый маскхалат на Украине запрещен.

На Украине, при одном охотничьем дне в неделю, охота с подхода на лисиц может быть в любой момент испорчена зайчатинками. В воскресенье стараются выйти на охоту все, кто может, и крест-накрест прочесывают угодья, перегоняя зайцев с поля на поле. Поэтому охоту на лисиц необходимо проводить в "незаячьи" дни.

С целью сокращения численности лисиц ниже критических отметок необходимо повсеместно разрешить на них охоту с началом пушного сезона и до 1 марта, а если появится необходимость, то и до 1 апреля. Примером такого опыта может служить Черновицкая область, где охотник заключает договор на целый сезон с обязательством сдать не менее четырех полноценных шкурок. По этому документу охотник имеет право выйти на отстрел лисиц в любой день недели. В Одесской области подобные разрешения выдают всего на одну неделю, а оформление документов в разных инстанциях порой занимает несколько дней. При этом охотник обязан по договору сдать одну лисицу за неделю. Такой жесткий подход не способствует развитию спортивной охоты на этого зверя и решению проблем, связанных с сокращением его численности.

Нет никакого сомнения, что при охоте на лисиц необходимо разрешить пользоваться белым халатом. Сам по себе он - еще не панацея успеха. Оказывается, и белым халатом нужно уметь пользоваться. Так, на первую охоту в жизни я попал с известным в прошлом в Шатковском районе Горь-ковской области В. М. Фокиным, который неизменно сдавал лисьих шкурок больше всех. Он надел на меня зауэр 12-го калибра, который в то время доставал затыльником до снега, а халата по моему росту не разыскал. Нашли в поле спящую лису. Василий Михайлович дал мне бинокль и говорит: "Смотри на то пятно - лиса. Видишь, уши опущены: значит, спит. Ты садись в ямку и не шевелись",- и пополз к зверю по-пластунски.

Снег сильно скрипел на морозце и, уплотненный ветрами, местами с шумом проваливался. Этими звуками сон зверя был нарушен, и он поднимал уши, прислушивался, поднимал голову и оглядывался. Охотник надолго замирал, пока голова и уши лисицы вновь не опускались. Таким образом, скрадывание при неблагоприятных условиях длилось не менее трех часов. За это время я успел жестоко обморозиться и чуть было совсем не замерз в совершенно не подходящей для этого случая одежонке. Мне казалось, что шума было бы меньше, если бы учитель осторожно шел "пешком" или на лыжах, о чем в сердцах не преминул сказать, когда мы вернулись домой. Василий Михайлович посмотрел на меня с удивлением и сказал, что охотник должен замечать все и решать разные задачки по обстоятельствам. Он думал, будто мне и без объяснений такое должно быть ясно. Далее он предложил выйти на двор и посмотреть против солнца на бугорки и пеньки в саду: "Видишь,- сказал он,- все они занесены снегом, а кажутся из-за теней темными. Вот и я был бы на снегу как чурбан горелый. Так-то, сынок". Когда вернулись домой, он добавил: "Вот ежели пасмурно, тогда солнце учитывать не надо". Подумав немного, он продолжил: "Когда я был молодым и нетерпеливым, как ты, то часто подбегал к мышкующей лисе. Бежит рыжая, и ты налаживаешь за ней, стоит и смотрит - замри. И еще: лиса часто возвращается своим следом. Иной раз и не думаешь, что удастся, ан нет, глядишь, повернула и прямо к тебе!"

В дальнейшем и у меня случались охоты, когда выплескивающаяся сила молодости и неудержимый азарт не позволяли охотиться экономно. Кстати, первую лисицу я добыл именно таким способом. Заметив двух мышкующих на поле лисиц, я стал подбегать к ближней, и когда до нее оставалось метров 300, начал маскироваться густым кустом лозняка так, чтобы он заслонял зверя. Когда я оказался возле самого куста, лиса пошла своим следом и подставила бок метров с двадцати.

Лиха беда начало, важно убить первую! Дальше охота пошла разными способами, и в Шатковском районе я соперничал по сдаче пушнины с именитыми охотниками.

Запомнился случай, когда, преследуя лисицу, старался частично, до пояса, маскироваться за склоном оврага. Рыжая вскоре пошла в пяту, я присел и следил лишь за кончиками ушей из-за бугра, пока они не поровнялись со мной. Приложил ружье к плечу, осторожно встал. Зверь стоял ко мне боком не далее 25-30 м и осматривался. После выстрела он упал, однако вскоре сел и начал зализывать бок. В это время я лихорадочно взводил курки "Идеала", щелкал ими, но осечка следовала за осечкой. Рычаг взвода несколько раз вырвался и разрезал чуть ли не до кости замерзший палец. Лисица так и ушла, а я с тех пор невзлюбил французские ружья данной модели.

К концу Отечественной войны, когда лисиц основательно поубавилось, я застал Василия Михайловича с сыном в поле у стога соломы, возле небольшого костерка. "Вас, что - жена выгнала?!" - сострил я. "Нет, сынок,- ответил он,- вон там на поле лиса мышковала и подалась за бугор. Поди через час: облежится, тогда и брать будем. По следам пойдем, углядим, по такому хрусту подберусь как можно ближе, чтобы не обошла, а Минька стронет, иначе не возьмешь, затем и мальца взял с собой. Лис мало, и без следа сейчас только ноги бить".

Много лет с тех пор прошло. Уже нет Василия Михайловича и его извечного соперника Ивана Михайловича Фокиных, многое с тех пор стерлось из памяти, но воспоминания о первых охотах свежи, как будто это происходило вчера.

При всей осторожности лисица чрезвычайно любопытна, что нередко и губит ее. Непонятный предмет заставляет ее изменить маршрут и приблизиться к нему, обычно обходя по косой из-под ветра. В связи с этим интересны два случая. Как-то я подбегал к мышкующей лисе, но она развернулась и пошла в обратном направлении, обходя меня за 100-150 м. Мышиное попискивание не произвело на нее никакого впечатления, тогда я пошевелил ногой, зверь заметил и по косой подошел на дальний выстрел.

Второй случай произошел в тех местах почти через сорок лет. Теперь там лисиц было несравненно меньше, а охотников намного больше. В один из дней мы шли с компаньоном за лисицей, которая вскоре залегла на противоположном склоне огромной балки. Перед этим охота у нас не удалась, и компаньон, который раньше учился у меня, безапелляционно заявил, что теперь он "профессор" по лисам и будет командовать. Было очевидно, что по испорченному ветром и оттепелями снегу и по такому морозу не подойти к зверю, необходимо было разделиться и одному небольшим овражком подойти к лисице метров на 300, а второму, сделав многокилометровый круг, стронуть зверя. Но "профессор", прикрываясь редкими чахлыми деревьями, тянул на сближение. По овражку, где надуло мягкого снега, добрались до дна балки, а дальше подъем - и все чисто, как на ладони, и не снег, а почти что лед. Стоим, любуемся лисицей, которая спит, опустив уши и уткнув нос в хвост. Топчемся, решаем, как быть,- так и разбудили зверя. Он встал, потянулся, отряхнул с себя поземку и вновь улегся, теперь уже явно наблюдая за нами. Прошло более получаса и стало ясно, что любой охотник, появившийся на склоне, может испортить все дело. Когда я собрался в загон и отошел не менее 40-50 м, лисица не вытерпела, встала, отряхнулась, побежала к нам, обходя на ветер, и скрылась в низине. Чем черт не шутит, стали ждать. Минут через десять в кустиках напротив меня мелькнуло красное пятно. Когда голова зверя скрылась за пеньком, я плавно поднял ружье. Огромный лисовин вышел в 20 м от меня, остановился, пристально рассматривая присевшего "профессора", совершенно не обращая никакого внимания на меня, что подтверждало его появление как результат любопытства.

Мне оставалось только тщательно прицелиться в голову и нажать на спусковой крючок. Делать это надо особенно аккуратно, так как в самый последний момент вся охота может пойти насмарку. Если лисица сорвалась пулей с места и кидается из стороны в сторону, то нельзя терять голову и палить примерно туда. Обычно такие выстрелы - чистые промахи. Необходимо быстро, но не торопясь, обязательно увидеть мушку, пройтись по ходу стволами, обогнать и выстрелить. "Быстро, но не торопясь" приходит к охотнику с годами. Даже стоящую лисицу необходимо стрелять спокойно и осознанно, причем опять-таки быстро, но не торопясь. Этого правила я придерживаюсь особенно пунктуально после весьма забавного случая.

Однажды третий день подряд я пытался подойти к лисице, которая неизменно ложилась посредине отлогого склона и которую всякий раз кто-нибудь вспугивал, мешая ее взять. На этот раз, судя по черным пятнам на тыльной стороне ушей, она лежала спиной ко мне. Это хорошо: в лоб подходить хуже - не поднимая ушей, зверь откроет глаза, заметит движение охотника - и поминай как звали. Следовало подходить не мешкая, тем более что освещение и ветер позволяли. Но в тот самый миг принятия решения в окулярах 12-кратного бинокля появилась вторая лисица, которая спокойно шла почти в километре по полю на противоположной стороне речушки. Как она красиво шла - глаз не отвести! Пройдя 20-30 метров, останавливалась, внимательно изучала все, что находилось впереди, и убедившись, что все в порядке, уже смело трусила дальше. Так короткими перебежками она приближалась к речушке. Возникла мысль, что ее можно перехватить, так как скорее всего она пойдет через речушку и по впадающему в нее с нашей стороны ручейку.

Быстро ретировавшись, низинкой одолел за считанные минуты километр и, пройдя через широкий "карман", среди кустов, окаймлявших ручеек, остановился у обрыва. Простояв минут десять, я понял, что вряд ли лисица будет месить снег по низине, а скорее пойдет по тропе вдоль кустов. Своим следом вернулся в "карман" - и вдруг увидел легкое движение на границе кустов. Я присел и замер. Через короткое время вновь шевеление, лисица смело затрусила наискось, через поляну, постоянно сближаясь со мной. Вот она в 20-25 м, достигла лыжни и по-собачьи ткнула нос прямо в колею. Молниеносно вскидываю ружье и торопливо стреляю, как мне казалось, под лопатку. Зверя как ветром сдуло... Спокойно вывожу (деваться ей некуда) и нажимаю на спусковой крючок - осечка! Быстро переламываю ружье, вновь закрываю его вновь ловлю цель. Выстрел, но, как показали промеры, уже за пределами досягаемости дроби. Несмотря на все старания, я так и не смог найти на снегу следов дроби от первого выстрела, до того он оказался неверным. И не мудрено: сидя на корточках в зимней одежде, вряд ли было разумно торопиться и стрелять навскидку. Лисица мало того, что ушла от меня, она еще пробежала мимо спавшей и увлекла ее за собой. В этот день больше ничего найти не удалось.

При охоте с подхода хорошую службу может сослужить манок, имитирующий писк мыши. Что касается крика раненого зайца, то мне ни разу самому не пришлось добиться успеха; также безрезультатно манил при мне В. М. Фокин. Более того, после такого подманывания лисица что есть духу пускалась наутек. Василий Михайлович объяснял это тем, что именно этой лисице еще не приходилось держать в зубах зайца, который бы вопил таким образом.

Уже в первый год самостоятельной охоты, согласно книге А. В. Уварова (1930) "На лисицу с манком", я смастерил манок, тончайшую резину для него помогли достать в аптеке более взрослые товарищи, настроить не составило труда, так как у тетки за обоями шуршало и попискивало множество мышей.

В мягкую погоду манок работал удовлетворительно, но когда температура падала (охотился я каждый выходной день), он начинал фальшивить. Может быть, это было причиной ряда неудач, поэтому необходимо придумать такой манок, в конструкцию которого не входили бы материалы, резко меняющие свойства при низких температурах.

Если втягивать через сжатые губы воздух в себя, путем тренировки можно добиться, чтобы попискивание напоминало мышиное. Однако на морозе и этот способ подводит. В случае фальши зверь либо игнорирует такие звуки, либо осуществляет проверку, обходя с подветренной стороны, поэтому маскировка охотника должна быть без изъянов.

Из-за небольшой небрежности мне пришлось однажды остаться без добычи. Зверь, поняв, что его не преследуют, медленно уходил, попутно мышкуя. Прикинув вероятный путь лисицы, я обежал низинкой и устроился впереди запорошенных снегом кустов, выбил ямку для ног, сел на лыжи и запорошил снегом их концы; рюкзак бросил, не маскируя, за спину. Ждать пришлось недолго: из-за бугра, метрах в 300, показалась лисица. Она трусила по косой и явно проходила мимо. Когда до зверя оставалось около 200 м, я прикрыл лицо белой варежкой и дважды пискнул мышью. Лиса тотчас остановилась, посмотрела в мою сторону и направилась прямиком ко мне. Хоть и не первая эта охота, но сердце от волнения вырывалось из груди, во рту пересохло. Метрах в 100 она резко свернула, прошла немного, остановилась, подпрыгнула... и съела мышь, после чего побежала прочь. Это было против данных литературы и моего опыта.

Пришлось манить снова, но пересохшие губы не слушались, и в первый раз вместо писка получилось какое-то сипение, во второй - явно фальшивый звук. Лиса остановилась, но теперь весь ее вид выражал недоверие. Однако, постояв, она все же начала обходить меня по косой на ветер. Получалось, что прежде чем она попадет на струю воздуха с моим запахом, то окажется на дальнем выстреле, да и стрелять сподручно, цель слева. Но что это? Зверь остановился как вкопанный, внимательно посмотрел в мою сторону, затем развернулся и ушел, показав хвост. Оглядываюсь - и вижу сзади ярко зеленый рюкзак, диссонирующий с окружающей обстановкой, который я теперь не закрывал собой.

В. Греков


охотник, кандидат биологических наук


Журнал "Охота и охотничье хозяйство" № 01, 1989 г.


На лисиц. Часть 2.



На лисиц. Часть 2.
Весьма интересна охота на засидках, причем в каждом регионе имеются свои нюансы и знать их - задача охотника. Так, на юге УССР распространено подкарауливание у нор, выходов из старых каменоломен, да и в самих каменоломнях. При этом необходимо быть предельно внимательным: лисица нередко покидает укрытие резким броском, и если хоть немного расслабиться, то и ружья не успеешь поднять. Известны случаи, когда стендовые стрелки экстра-класса не успевали выстрелить по внезапно юркнувшему зверю. Некоторые лисицы, прежде чем покинуть нору, высовывают уши, прислушиваются, затем поднимают голову, осматриваются. В этот момент недопустимы какие-либо движения. Даже когда работает в норе собака, то лиса, прежде чем покинуть нору, нередко поступает так же. Если при этом человек стоит в открытую и не шевелится, то зверь после изучения неподвижного предмета опрометью кидается наутек. Если же охотник инстинктивно дернется, то зверь вновь уходит в нору. Заметив появление из норы ушей, можно осторожно приложить ружье к плечу и держать на прицеле нору, пока не появится голова. Однако последнее отнюдь не гарантировано: может последовать сразу бросок, но к нему стрелок будет уже готов.

Зимой, когда резко сокращается число укрытий, охотятся на засидках у зарослей тростника, даже в относительно небольших куртинах и перемычках между ними. При этом специальных засидок не строят, а просто становятся в самих зарослях поближе к краю. С наступлением сумерек можно успешно сидеть на тропах, которые лисицы набивают вдоль лесополос и водоемов, причем на фоне воды и выступившей соли силуэт зверя виден и в темную ночь.

Глаз настоящего охотника, как и глаз исследователя, должен замечать все, а человек - делать правильные выводы. Без этого успешной охоты вряд ли можно ожидать. Например, на зимовках водоплавающих в Ленкорани Дмитрий Калиниченко заметил, что о телеграфные провода часто разбиваются в сумерках утки. Кстати, и до него это многие видели, но выводов не сделали. Так вот он хотел было собирать разбившихся птиц, но не тут-то было. Каждый раз его опережали то шакал, то лиса. В то время за отстрел хищников, в связи с эпизоотией бешенства, платили премию в 100 руб. У наблюдательного и остроумного охотника созрел план необычной охоты: он нарезал увесистых палок и в лунную ночь устроился под столбом. Когда все успокоилось, он кинул палку в провода, которые загудели так, будто в них угодила утка. Не успела палка упасть, как над ней стояли сразу два шакала. Через полчаса он повторил свой маневр. Таким образом, меняя места, он за ночь добыл более десятка хищников.

Не следует пренебрегать охотой на свалках возле птицекомбинатов, куда все еще попадают цыплята, утки: лисицы аккуратно посещают такие места.

Непременное условие охоты на засидках - не обнаружить себя: лисицы прекрасно видят в сумерках и моментально реагируют на малейшее движение. Даже в полнолуние попасть в метнувшегося зверя охотнику средней квалификации - дело почти безнадежное. Однажды я протащил падаль около километра, привязал ее к колышку, вбитому посредине полянки, чтобы не утащили, если вздремну. Вырыв для ног ямку и постелив под себя рюкзак, я удобно устроился метрах в двадцати в большом кусту полыни. Ближе садиться не рекомендуется: зверь нередко обегает приваду, обнаруживает охотника и, невидимый, уходит. Прошло совсем немного времени, и послышался довольно ясный топот, судя по которому лисица бежала по потаску. Обнаружив пищу, она начала обходить ее по кругу. Я не спешил изготовить ружье, и зря: буквально через минуту в секторе обзора, в двух-трех метрах показалась заиндевевшая голова зверя. Его пытливые глаза буквально буравили меня... Через несколько секунд он уже мчался по поляне. Я вскочил, в неверном свете луны мчащаяся лиса показалась мне очень маленькой и далекой. В результате два выстрела с огромными упреждениями оказались чистейшими промахами. Расстояния, как показали промеры, были всего 20 и 25 м.

Кроме этого случая мне пришлось достаточно помазать ночью по лисицам, прежде чем стало ясно, как вести себя в засидке. Однажды на Каспийских зимовках я устроился, лежа в валке морской травы-зостеры, и наблюдал за безуспешной охотой лисицы за отдыхающими на отмелях утками и гусями. Потревоженные огромные стаи с большим шумом отлетали немного и вновь садились, а разгоряченный зверь вновь и вновь начинал скрадывать и преследовать их по совершенно гладкой поверхности. Когда лиса оказалась метрах в 30-ти напротив, я присел и поднял ружье, но она так лихо помчалась, виляя среди лужиц, что два выстрела скорее, напоминали салют. Вскоре я промазал еще двух, не поднимаясь, из положения лежа. Тогда я перешел в заранее отрытую и хорошо замаскированную засидку, расположенную метрах в 12 от берега. Примерно через час появилась лисица. Она деловито трусила вдоль берега, остановилась, что-то съела с хрустом и, не обнаружив меня, прошла метрах в десяти. Я пропустил ее и, когда до нее было метров 20-25, поднял ружье, спокойно прицелился и выстрелил. Теперь зверь не заметил моих движений и был взят чисто. В заранее подготовленной засидке неплохо установить ружье на подставках так, чтобы оставалось лишь нажать в нужный момент на спусковой крючок.

Стрелять в сумерках, и даже при полной луне, по наземным целям на темном фоне трудно, поэтому охотники Ленкорани привязывают на концы стволов белую тряпочку, которую лучше видно, чем стволы на фоне цели. Сначала вместо тряпочки я использовал полоску бинта с узелком вместо мушки, в дальнейшем брал 10 см узкого лейкопластыря, сворачивал большую половину в крепкую катышку и от обреза стволов за мушку наклеивал ее. Вторым отрезком (около 30 см) фиксировал мушку с противоположной стороны; остатками заклеивал полпланки, что позволяло более точно прицеливаться, ибо видны были ошибки по вертикали.

Более надежные результаты давал сделанный из карманного фонарика осветитель с лампочкой в 2,5-3,5 вольта и питанием в виде одной плоской батарейки. Однако такое приспособление было потом в большинстве регионов запрещено, хотя совсем недавно промышленностью выпущен исключительно мощный охотничий прожектор (ОП), который по своим характеристикам не шел ни в какое сравнение с упомянутым прототипом. На мой взгляд, чтобы не было промахов и подранков при охоте на лисиц, следует разрешить пользоваться источником света.

На юге Украины существует мобильный способ групповой охоты (2-5 человек) на лисиц среди виноградников, при котором все участники находятся в движении и всем интересно. Лисицы любят виноград и поедают его в больших количествах. После уборки урожая остается какое-то количество гроздей, которых лисицам более чем достаточно. Бесспорно, что в винограднике обитает много различной живности, и хищник не становится вегетарианцем, но о том, что он воздает должное винограду, говорит его кал, состоящий почти из одних косточек этих ягод.

Лисицы находятся в винограднике не только ночью, но и днем, поскольку он предоставляет в степи прекрасные защитные условия. Однако возле лимана с непролазными терниками часть лисиц тоже днюет в винограднике.

В настоящее время большая часть кустов на плантациях подвешивается на проволоке, натянутой между цементными столбами (шпалерный метод), так что можно ходить лишь вдоль рядов или поперек них по дорогам, рассекающим поле через каждые 100-200 м.

Самое неблагодарное занятие - ходить вдоль рядов, ибо в этом случае можно лишь издалека увидеть зверя. Лучше двигаться поперек рядов, параллельными дорогами, проложенными для удобства сбора урожая и обработки массива. Участники данной охоты образуют не котел, как на поле, а чуть вогнутую или даже прямую линию и идут, слегка подшумливая. Зверь уходит от вспугнувшего чаще по рядку и через самое короткое время появляется на следующей дороге, которую редко одолевает с ходу. Увидев знак вспугнувшего или мелькание рыжего пятна среди кустов лозы, следует спрятаться за столбик, изготовиться и не делать никаких резких движений, пока рыжая не окажется посреди дороги.

Нередко появление лисицы на дороге бывает неожиданным. Если ее не заметили, то она благополучно проскакивает дорогу. Если же заметили, то зверь четко улавливает и резко поворачивает назад. Да так, что и выстрелить не успеешь, а то и отсалютуешь по кустам. Иногда зверь затаивается, но обычно его хорошо видно в чистых междурядьях, и достаточно крикнуть или ударить палкой по проволоке, чтобы он пустился наутек.

Однажды на такой охоте мы были втроем. Зверь внезапно вышел от соседа слева и пробежал через дорогу впереди меня. Знаками я обратил внимание шедшего справа, который , кстати, был без ружья. Он заметил затаившуюся лисицу и вспугнул ее криками. Зверь бросился на этот раз против ветра и на полном галопе вернулся на мою дорогу.

Если охотятся только двое, то лучший и более опытный стрелок должен идти по дороге с подветренной стороны и чуть-чуть сзади.

Одежда охотника на лисиц должна соответствовать погоде, быть удобной, легкой и теплой. Для маскировки на снегу совершенно необходима белая верхняя одежда. При подходе, пожалуй, наиболее хорош комбинезон или брюки и куртка из плотной, непросвечивающей белой материи. Полы халата зачастую полощут на ветру, привлекают внимание зверя и полностью демаскируют охотника. В охоте на лисиц любая мелочь должна быть учтена, ибо именно она способна испортить все дело. Например, когда зверь близко, не мешает маскировать лицо белой варежкой или маской. Следует пришить к защитной одежде карман для бинокля и второй, поменьше, для нескольких запасных патронов, сделать все ремни и ремешки белыми.

В экипировку совершенно необходимо включить 8-12-кратный бинокль, потому что на поле успех сопутствует тому, кто первый обнаружит другого: вы лису или лиса - вас. При сложном рельефе или при наличии укрытий (трава, бугорки, грубая пашня, валки снегозадержания) необходимо, пройдя 100-200 м, остановиться и тщательно осмотреть окрестности с помощью бинокля. В общем, следует придерживаться правила: в перспективных местах больше смотреть и меньше ходить.

Наличие бинокля позволяет сократить отклонения на проверки подозрительных пятен, которые кажутся спящими лисами, и, наоборот, явное пятно оказывается зверем, и охота... испорчена.

Важность бинокля переоценить трудно, но, чтобы он не выходил из строя и не был на охоте бесполезным грузом, следует сделать надежное защитное приспособление на окуляры. Ничего лучшего пока не придумано вместо кожаной крышечки, которой комплектовались прежде все бинокли. Сейчас, к сожалению, их заменили полиэтиленовыми эрзацами, которые хуже выполняют защитные функции. Поэтому рекомендуемую крышечку надо сделать самому из обрезка старого ремня, кусочков тонкой кожи с помощью клея, шила и ниток. Основное требование к изделию - крышечка должна плотно надеваться на окуляры при рабочем разведении тубусов бинокля. При использовании бинокля крышечка сдвигается вверх по нашейному ремешку; при транспортировке, наоборот, сдвигается вниз и надевается на окуляры.

Для того чтобы крышечка не срывалась с окуляров при ношении бинокля на груди, ее следует надевать на внешнюю сторону петли, с помощью которой нашейный ремешок соединяется с биноклем (см. рис.).

На лисиц. Часть 2.

Рис.


1. - крышка кожаная, 2. - бинокль, 3. - внешняя часть нашейного ремешка.


Если возникнет необходимость подползать по-пластунски, то бинокль лучше спрятать в сумку. Кроме того, бинокль можно носить на охоте и в фабричном чехле, маскированным белым, но при этом доставать его часто не совсем удобно, хотя многие выдающиеся охотники в прошлом носили бинокли в фабричных чехлах.

На зверовой охоте в большинстве случаев предпочтительнее кучный бой ружья; пожалуй, лишь возле норы и в густых зарослях желательна широкая осыпь. Учитывая, что на этой охоте стрелять приходится мало и следует дорожить каждой возможностью, то несомненно больше шансов дает 5-за-рядный полуавтомат, чем двустволка. Иногда зверя добывают не только 3-м, но даже 5-м выстрелом.

Большое значение для безотказной работы оружия имеют высококачественные патроны. Наилучшими отечественными гильзами для автоматического оружия в настоящее время являются полиэтиленовые. Они не размокают, выдерживают до 5-10 выстрелов и входят в ствол скользя, как по маслу, но и здесь есть своя ложка дегтя. У этих гильз недостаточно надежное соединение полиэтиленовой трубки с металлической шляпкой. Нередко на третьем, а то и на втором выстреле шляпка слетает и задержка гарантирована.

В мороз полиэтилен грубеет, лопается во время выстрелов и, даже случается, целиком вместе с дробью вылетает через ствол. В таком случае задержка неизбежна, поскольку одну шляпку затвор не выбрасывает. Таким образом, заводам-изготовителям необходимо обратить внимание на укрепление составных частей полиэтиленовых гильз, а охотникам - учитывать данное обстоятельство.

По размеру лисицы значительно отличаются в различных регионах. Так, южно-украинская лисица чуть ли не вдвое меньше среднерусской. В связи с этим, по-видимому, и дробь для отстрела следует применять разную. Кроме того, размер дроби зависит и от расстояния, на котором рассчитывают добывать зверя. Возле норы или в зарослях может вполне подойти и третий номер, а на открытых местах лучше № 1-000. Мой первый наставник (В. М. Фокин) охотился зимой, преимущественно на поле с подхода, и применял дробь № 000.

Варьировать номерами дроби приходится для получения необходимой кучности. По Л. П. Сабанееву и современным расчетам, для чока с сужением 1 мм согласованной является дробь № 0. Опыты показали справедливость данного положения. Добиться еще большей кучности можно с помощью полиэтиленовых пыжей (прокладок) и стаканчиков, а также путем укладки дроби рядами.

В настоящее время для МЦ21-12 мной применяется патрон следующего снаряжения: в толстую полиэтиленовую гильзу засыпается навеска пороха "Барс" 2,1-2,2 г (подбирается опытным путем) так, чтобы при температуре -20 С была хорошая кучность и резкость. Данный порох занимает в гильзе меньше места, чем "Сокол", что позволяет манипулировать пыжами, контейнерами, укучнителями и снарядом дроби. На порох помещаю отечественную полиэтиленовую прокладку, предварительно запаяв дырочку в ее центре раскаленным гвоздем. Затем досылаю войлочный пыж и контейнер (без амортизатора), в который помещаю 35 г дроби и пересыпаю ее крахмалом. Необходимо помнить, что "Барс" требует нагрузок и хорошей обтюрации пыжей.

Рассыпной патрон для охоты у норы или в зарослях состоит из максимальной навески пороха "Сокол", указанной в инструкции, или даже на 0,1-0,2 г больше, в зависимости от используемого ружья. На порох досылаю полиэтиленовую прокладку с дырочкой в центре, два войлочных пыжа, картонную прокладку, затем слой или два дроби № 000 и остальное - дробь № 3. Общий вес дробового снаряда не должен превышать 28-30 г. Выстрел получается мягкий и вместе с тем резкий, с довольно широкой осыпью. С расстояния 15-25 м оба номера дроби проходят туловище насквозь и задерживаются под кожей с противоположной стороны. Имеются и другие варианты получения широкой осыпи крупной дроби из чока, но мне думается, что и этого вполне достаточно.

Оба патрона идут под обычную закрутку. На картонном пыже обязательна маркировка, обозначающая сорт и навеску пороха, номер дроби, год, поскольку патроны чаще всего не расходуются за сезон. Маркировка выглядит примерно так: ОБК/2,1-87 , что означает дробь № 0, порох "Барс", крахмал, навеска 2,1 г, год 1987.

Необходимо взять за правило для всех серьезных охот использовать только новую гильзу: больше шансов, что не произойдет разъединения трубки и шляпки. При хранении в старых гильзах порох разлагается во много раз быстрее, чем в новых.

При снятии шкурок охотник обязан пользоваться резиновыми перчатками, а после - тщательно вымыть руки в перчатках и без них, густо намыливая их в каждом случае по нескольку раз: щелочь довольно быстро инактивирует вирус бешенства. При укусе и ослюнении, что случается на охоте, необходимо это место промыть мыльным раствором или вымыть тщательно с мылом, прижечь крепкой настойкой йода и срочно обратиться к хирургу или травматологу.

Покусы чаще случаются при отлове лисиц, а также когда контуженная выстрелом лисица оживает за спиной на ремне. Случается, подвешенная для снятия шкуры лиса вдруг впивается в незадачливого охотника. Мало того что это чрезвычайно болезненно, к тому же не так просто разжать зубы. Можно привести множество примеров, когда лисица не только кусала, но и благополучно убегала с ремнем или шарфиком на шее, на котором ее несли километры.

Не следует забывать, что реакция у лисицы значительно выше, чем у человека, и обыграть ее можно лишь в том случае, если предварительно дать ей что-либо в зубы (стволы, палку, тряпку) и отвлечь внимание. Мы однажды пренебрегли этим правилом при отлове лисицы для нужд секции кровного собаководства и жестоко поплатились: никто даже не успел заметить, как зверь схватил мою левую руку и, захватывая все глубже и глубже, в самое короткое время сумел буквально изжевать ладонь и пальцы, прежде чем сумели разжать зубы.

Носить на себе убитую лисицу нецелесообразно. Убедившись, что она мертва, следует снять шкурку, оставив для дома лишь ту часть работы, которая занимает много времени, а именно обработку пальцев. Для этого нужно отрезать по суставам конечности как можно короче и остудив шкурку, поместить ее в полиэтиленовый пакет, чтобы кровососущие эктопаразиты не перебрались на вас. Дома в пакет вводятся инсектициды и после гибели паразитов проводится дальнейшая обработка шкурки. Лично я провожу все операции в перчатках. Разумные меры предосторожности необходимы на всякой зверовой охоте, поэтому они не должны охладить тех, кто желает помериться силами с красным зверем. Ни пуха ни пера!

В. Греков


охотник, кандидат биологических наук


Журнал "Охота и охотничье хозяйство", № 02, 1989 г.



На лисиц. Часть 1.

     
  На лисиц. Часть 1.
Фото И. Бессарабы
Лисица - наиболее популярный зверь в народе. Ее хитрость, осторожность, любопытство и вместе с тем смелость, граничащая с наглостью, широко бытует в сказках. Поэтому охота на этого зверя издревле считается престижной и ей уделялось особое внимание. Немудрено, что совсем недавно, когда шкура лисы почти ничего не стоила и охота на зверя доставляла лишь одни хлопоты, все равно находились настоящие любители этой потехи. Эти фанаты растили норных собак, держали красногонных гончих, носили на себе километры флажков, просиживали ночи в засидках, ползали, подходили к лисам, подманывали их в чистом поле. Видимо, во всех случаях движущей силой было желание померяться быстротой реакции, выносливостью, выдержкой, сметкой и знаниями с достойным противником; в общем немаловажным была и сама престижность охоты. Такие неприятности, как переселение блох с трофея на нового хозяина, а также тьмы блох и клещей из норы на собак, при этом в расчёт не принимались. Не всегда на охоте удается спасти из-под земли четвероногого "шахтера", и все же азарт заставляет собаку, которую иногда полуживой освобождают из-под обвалов, вновь и вновь лезть в нору на смертельную схватку. Какое у этих малышей отважное сердце, какой азарт!

Вновь широкое распространение охота на лисиц получила с возвращением моды на их меха и увеличением заготовительных цен. На страницах журнала ряд авторов справедливо высказывали мнение, что цены должны быть подняты еще выше. Последнее привлекло бы больше любителей к данной охоте и способствовало бы оптимизации пушных заготовок. И то и другое важно в связи с тем, что пушнина - валюта, что численность лисиц необходимо строго контролировать, поскольку в большинстве охотничьих хозяйств излишнее количество хищников далеко не безразлично, а также и потому, что в настоящее время, по крайней мере в Европе, лисица - резервуар бешенства.

Сокращать численность лисиц до предела, рекомендованного Всемирной Организацией Здравоохранения (ВОЗ), при котором бешенство не распространяется (1 особь на 1 км2), оказалось делом сложным. Зверь этот плодовит, хорошо приспособился к условиям технического прогресса, произошла его синантропизация. Так, на Украине его норы редко располагаются далее 2 км от селений. Как показали наблюдения, цифра, рекомендованная ВОЗ, в условиях нашей страны должна быть на порядок ниже. Это связано с тем, что при распашке огромных площадей угодий с защитными условиями остается мало и на них в наиболее опасный в эпизоотическом отношении зимне-весенний период происходит многократное превышение критической численности.

Заросли кустарников на неудобях (склоны оврагов, балок, обрывы лиманов), широкие лесополосы, массивы тростника, расположенные вдоль родников, ручьев, в вершинах прудов (ставков) - и есть те ремизы, которые привлекают, во всяком случае в степной Украине, на дневку лисиц - и выгнать их оттуда не просто.

Когда количественный состав бригад на зайцев еще не ограничивали на Украине пятью охотниками, мы решили как-то сделать загон в небольшом леске, располагавшемся в вершине балки и занимавшем не более 6-8 га. Восемь стрелков встали на номера, семеро пошли в загон. Сверху сквозь голые ветки было хорошо видно, как три лисицы искусно проходили через линию загонщиков и упорно оставались в этом месте. В конечном счете четыре загона, проведенные в разные стороны, окончились безрезультатно. Однако так бывает не всегда: обычно часть лисиц ведет себя очень осторожно и старается уйти далеко вперед, зато другие пытаются ускользнуть в стороны и, наконец, меньшая часть затаивается или прорывается назад.

В связи с этим поучительна охота в тростниковых крепях Татарбунарского района Одесской области. У лесополосы, в 100 м от лимана Сасык, мы оставили машину, двое загонщиков ушли в широкую часть прибрежных тростников, трое стрелков расположились на береговом склоне возле сужающейся части зарослей.

Начался гон. Ребята с азартом ломились по зарослям, трещали сухими стеблями, умеренно шумели. По их разговорам было ясно, что сильно пахнет лисицей и звери набили целые тропы. Наконец напротив меня заходили вершинки стеблей тростника, прошла одна лисица, затем вторая. Далековато, пропускаю на товарищей, а выстрелов все нет... Наконец, раздался дуплет, собираемся возле стрелявшего. Оказывается, один зверь вышел совсем далеко, второй - на дальнем выстреле, но неудобно. Подходят загонщики и делают выговор за то, что рано сошли с номеров. Как бы в подтверждение их слов две лисицы демонстративно прошли мимо моей засидки, остановились на бугре и спокойно отправились в поле.

Нечто похожее произошло в небольшом массиве тростника, расположенного ниже дамбы очень длинного ставка. Двое опять пошли в загон, еще двое вышли на противоположную сторону и перекрыли путь в поле, мне было предложено продвинуться по дамбе к противоположной стороне и отрезать путь зверям в тростники ставка. На этот раз загон был намного короче. Вскоре раздался дуплет, теперь удачный. Появились загонщики, поздравили счастливчика. Возвращаюсь к машине, но каково же мое удивление, когда метрах в 80, прямо в том месте, откуда начинали, появилась лиса, которая буквально ползком одолела дамбу и ушла по льду в тростниковые крепи ставка. В таких местах мои спутники не раз добывали лисиц и поэтому возлагали на эти места особые надежды. Нас с водителем машины отправили на острие тростникового клина за 3-4 км в вершину ставка, а сами привели в рабочее состояние весьма интересное приспособление, состоящее из двух довольно объемистых барабанов с 200 м тонкой капроновой веревки, на которой через каждый 3-4 м были прикреплены смятые баночки с болтиками и гаечками внутри. Двое надели ремни на плечи, застегнули на груди стяжки и разошлись на противоположные берега ставка. Пятый пошел по наиболее вероятному подветренному берегу, метрах в ста впереди тянущего веревку.

Работа с веревкой, почти как с неводом, довольно тяжелая, но недостаточно производительная. Веревка огромной дугой прыгает по вершинкам растительности, сопротивление немалое и грохот велик, но после загона удалось выгнать на подветренную сторону лишь двух лисиц, хотя в тростнике, судя по всему, было их не менее пяти-шести. Остальные, не пожелав покинуть убежище, либо затаились, либо прорвались назад. Во всяком случае, на нас не вышла ни одна лисица. Можно только предположить, что наиболее осторожных охотники выбили, а хитрых взять данным способом не удалось.

Применение в таких условиях гончих не всегда целесообразно: если зверя не взяли, то отловить собак для того, чтобы обследовать следующий участок, довольно трудно. Фокстерьер более удобен, поскольку за ним легче поспевать вдоль ремиза, кроме того, он может остановить встречного зверя и при необходимости пойти в нору, хотя продуктивнее с ним охотиться поверху, ибо в норе он чаще травмируется и гибнет и меньше выставляет дичи под выстрел.

В одной из бригад, которая прежде охотилась с помощью описанного шумового устройства на границе Одесской, Николаевской и Кировоградской областей, была использована сука гладкошерстного фокстерьера довольно голосистой линии чемпионов: Глюка Чухляева - Джоя Бритнева - Радомес Грекова. Годовалый щенок, следуя за бригадой, быстро понял, что от него требуется, и с большим азартом принялся за работу. Прежде всего собака безошибочно определяла, есть ли в данном убежище лисицы, что исключало пустые загоны и, следовательно, повышало интерес и результативность. Отпала необходимость в протаскивании шумового устройства, и охота сводилась к тому, что один из участников заезжал на машине на противоположный конец зарослей, а двое других в темпе поспевали с боков за собакой, отдающей по следу голос. Всем троим приходится стрелять: наиболее осторожных - заехавшему, уходящих с стороны - преследующим. Звери, которые стараются вернуться назад, нередко встречаются с собакой и вступают в ней в драку. В большинстве случаев фокстерьер берет такую лисицу и удерживает ее до прихода охотника. Использование фокстерьера этой линии (важна отдача голоса по следу) превзошло самые оптимистические ожидания, намного облегчило труд охотников, повысило интерес к этому способу охоты и позволило сократить бригаду охотников до трех человек. Если же в охоте участвуют двое, то один заезжает вперед, второй сопровождает собаку с подветренной стороны.

Однажды я прошел заросли прибрежных кустарников по ветру и видел, как впереди через бугры ушло не менее четырех лисиц. В следующий раз на этом же маршруте ветер дул сбоку и четыре лисицы вышли по ветру в мою сторону на разных расстояниях.

В хорошую погоду эти звери, если нет подходящих укрытий, не редко ложатся днем на поле, предпочитая так называемую лечебную рыллю (поле самой грубой вспашки, где за огромными комьями их трудно увидеть. Большинство охотников обходят такие поля, но те, кто невзирая ни на что, идет напрямик, довольно часто стреляют с подъема лисиц. В сезон 1986/87 г. большинство лисиц было добыто в степных районах Одесской области именно на такой пашне.

Словом, по чернотропу можно практиковать охоту с подхода. Правда, зверя заметить на земле сложнее, чем на снегу. Подходить же к спящей лисице без снега значительно легче: ничего не скрипит и не хрустит под ногами. Кроме того, можно использовать летне-осенний маскхалат, в то время как белый маскхалат на Украине запрещен.

На Украине, при одном охотничьем дне в неделю, охота с подхода на лисиц может быть в любой момент испорчена зайчатинками. В воскресенье стараются выйти на охоту все, кто может, и крест-накрест прочесывают угодья, перегоняя зайцев с поля на поле. Поэтому охоту на лисиц необходимо проводить в "незаячьи" дни.

С целью сокращения численности лисиц ниже критических отметок необходимо повсеместно разрешить на них охоту с началом пушного сезона и до 1 марта, а если появится необходимость, то и до 1 апреля. Примером такого опыта может служить Черновицкая область, где охотник заключает договор на целый сезон с обязательством сдать не менее четырех полноценных шкурок. По этому документу охотник имеет право выйти на отстрел лисиц в любой день недели. В Одесской области подобные разрешения выдают всего на одну неделю, а оформление документов в разных инстанциях порой занимает несколько дней. При этом охотник обязан по договору сдать одну лисицу за неделю. Такой жесткий подход не способствует развитию спортивной охоты на этого зверя и решению проблем, связанных с сокращением его численности.

Нет никакого сомнения, что при охоте на лисиц необходимо разрешить пользоваться белым халатом. Сам по себе он - еще не панацея успеха. Оказывается, и белым халатом нужно уметь пользоваться. Так, на первую охоту в жизни я попал с известным в прошлом в Шатковском районе Горь-ковской области В. М. Фокиным, который неизменно сдавал лисьих шкурок больше всех. Он надел на меня зауэр 12-го калибра, который в то время доставал затыльником до снега, а халата по моему росту не разыскал. Нашли в поле спящую лису. Василий Михайлович дал мне бинокль и говорит: "Смотри на то пятно - лиса. Видишь, уши опущены: значит, спит. Ты садись в ямку и не шевелись",- и пополз к зверю по-пластунски.

Снег сильно скрипел на морозце и, уплотненный ветрами, местами с шумом проваливался. Этими звуками сон зверя был нарушен, и он поднимал уши, прислушивался, поднимал голову и оглядывался. Охотник надолго замирал, пока голова и уши лисицы вновь не опускались. Таким образом, скрадывание при неблагоприятных условиях длилось не менее трех часов. За это время я успел жестоко обморозиться и чуть было совсем не замерз в совершенно не подходящей для этого случая одежонке. Мне казалось, что шума было бы меньше, если бы учитель осторожно шел "пешком" или на лыжах, о чем в сердцах не преминул сказать, когда мы вернулись домой. Василий Михайлович посмотрел на меня с удивлением и сказал, что охотник должен замечать все и решать разные задачки по обстоятельствам. Он думал, будто мне и без объяснений такое должно быть ясно. Далее он предложил выйти на двор и посмотреть против солнца на бугорки и пеньки в саду: "Видишь,- сказал он,- все они занесены снегом, а кажутся из-за теней темными. Вот и я был бы на снегу как чурбан горелый. Так-то, сынок". Когда вернулись домой, он добавил: "Вот ежели пасмурно, тогда солнце учитывать не надо". Подумав немного, он продолжил: "Когда я был молодым и нетерпеливым, как ты, то часто подбегал к мышкующей лисе. Бежит рыжая, и ты налаживаешь за ней, стоит и смотрит - замри. И еще: лиса часто возвращается своим следом. Иной раз и не думаешь, что удастся, ан нет, глядишь, повернула и прямо к тебе!"

В дальнейшем и у меня случались охоты, когда выплескивающаяся сила молодости и неудержимый азарт не позволяли охотиться экономно. Кстати, первую лисицу я добыл именно таким способом. Заметив двух мышкующих на поле лисиц, я стал подбегать к ближней, и когда до нее оставалось метров 300, начал маскироваться густым кустом лозняка так, чтобы он заслонял зверя. Когда я оказался возле самого куста, лиса пошла своим следом и подставила бок метров с двадцати.

Лиха беда начало, важно убить первую! Дальше охота пошла разными способами, и в Шатковском районе я соперничал по сдаче пушнины с именитыми охотниками.

Запомнился случай, когда, преследуя лисицу, старался частично, до пояса, маскироваться за склоном оврага. Рыжая вскоре пошла в пяту, я присел и следил лишь за кончиками ушей из-за бугра, пока они не поровнялись со мной. Приложил ружье к плечу, осторожно встал. Зверь стоял ко мне боком не далее 25-30 м и осматривался. После выстрела он упал, однако вскоре сел и начал зализывать бок. В это время я лихорадочно взводил курки "Идеала", щелкал ими, но осечка следовала за осечкой. Рычаг взвода несколько раз вырвался и разрезал чуть ли не до кости замерзший палец. Лисица так и ушла, а я с тех пор невзлюбил французские ружья данной модели.

К концу Отечественной войны, когда лисиц основательно поубавилось, я застал Василия Михайловича с сыном в поле у стога соломы, возле небольшого костерка. "Вас, что - жена выгнала?!" - сострил я. "Нет, сынок,- ответил он,- вон там на поле лиса мышковала и подалась за бугор. Поди через час: облежится, тогда и брать будем. По следам пойдем, углядим, по такому хрусту подберусь как можно ближе, чтобы не обошла, а Минька стронет, иначе не возьмешь, затем и мальца взял с собой. Лис мало, и без следа сейчас только ноги бить".

Много лет с тех пор прошло. Уже нет Василия Михайловича и его извечного соперника Ивана Михайловича Фокиных, многое с тех пор стерлось из памяти, но воспоминания о первых охотах свежи, как будто это происходило вчера.

При всей осторожности лисица чрезвычайно любопытна, что нередко и губит ее. Непонятный предмет заставляет ее изменить маршрут и приблизиться к нему, обычно обходя по косой из-под ветра. В связи с этим интересны два случая. Как-то я подбегал к мышкующей лисе, но она развернулась и пошла в обратном направлении, обходя меня за 100-150 м. Мышиное попискивание не произвело на нее никакого впечатления, тогда я пошевелил ногой, зверь заметил и по косой подошел на дальний выстрел.

Второй случай произошел в тех местах почти через сорок лет. Теперь там лисиц было несравненно меньше, а охотников намного больше. В один из дней мы шли с компаньоном за лисицей, которая вскоре залегла на противоположном склоне огромной балки. Перед этим охота у нас не удалась, и компаньон, который раньше учился у меня, безапелляционно заявил, что теперь он "профессор" по лисам и будет командовать. Было очевидно, что по испорченному ветром и оттепелями снегу и по такому морозу не подойти к зверю, необходимо было разделиться и одному небольшим овражком подойти к лисице метров на 300, а второму, сделав многокилометровый круг, стронуть зверя. Но "профессор", прикрываясь редкими чахлыми деревьями, тянул на сближение. По овражку, где надуло мягкого снега, добрались до дна балки, а дальше подъем - и все чисто, как на ладони, и не снег, а почти что лед. Стоим, любуемся лисицей, которая спит, опустив уши и уткнув нос в хвост. Топчемся, решаем, как быть,- так и разбудили зверя. Он встал, потянулся, отряхнул с себя поземку и вновь улегся, теперь уже явно наблюдая за нами. Прошло более получаса и стало ясно, что любой охотник, появившийся на склоне, может испортить все дело. Когда я собрался в загон и отошел не менее 40-50 м, лисица не вытерпела, встала, отряхнулась, побежала к нам, обходя на ветер, и скрылась в низине. Чем черт не шутит, стали ждать. Минут через десять в кустиках напротив меня мелькнуло красное пятно. Когда голова зверя скрылась за пеньком, я плавно поднял ружье. Огромный лисовин вышел в 20 м от меня, остановился, пристально рассматривая присевшего "профессора", совершенно не обращая никакого внимания на меня, что подтверждало его появление как результат любопытства.

Мне оставалось только тщательно прицелиться в голову и нажать на спусковой крючок. Делать это надо особенно аккуратно, так как в самый последний момент вся охота может пойти насмарку. Если лисица сорвалась пулей с места и кидается из стороны в сторону, то нельзя терять голову и палить примерно туда. Обычно такие выстрелы - чистые промахи. Необходимо быстро, но не торопясь, обязательно увидеть мушку, пройтись по ходу стволами, обогнать и выстрелить. "Быстро, но не торопясь" приходит к охотнику с годами. Даже стоящую лисицу необходимо стрелять спокойно и осознанно, причем опять-таки быстро, но не торопясь. Этого правила я придерживаюсь особенно пунктуально после весьма забавного случая.

Однажды третий день подряд я пытался подойти к лисице, которая неизменно ложилась посредине отлогого склона и которую всякий раз кто-нибудь вспугивал, мешая ее взять. На этот раз, судя по черным пятнам на тыльной стороне ушей, она лежала спиной ко мне. Это хорошо: в лоб подходить хуже - не поднимая ушей, зверь откроет глаза, заметит движение охотника - и поминай как звали. Следовало подходить не мешкая, тем более что освещение и ветер позволяли. Но в тот самый миг принятия решения в окулярах 12-кратного бинокля появилась вторая лисица, которая спокойно шла почти в километре по полю на противоположной стороне речушки. Как она красиво шла - глаз не отвести! Пройдя 20-30 метров, останавливалась, внимательно изучала все, что находилось впереди, и убедившись, что все в порядке, уже смело трусила дальше. Так короткими перебежками она приближалась к речушке. Возникла мысль, что ее можно перехватить, так как скорее всего она пойдет через речушку и по впадающему в нее с нашей стороны ручейку.

Быстро ретировавшись, низинкой одолел за считанные минуты километр и, пройдя через широкий "карман", среди кустов, окаймлявших ручеек, остановился у обрыва. Простояв минут десять, я понял, что вряд ли лисица будет месить снег по низине, а скорее пойдет по тропе вдоль кустов. Своим следом вернулся в "карман" - и вдруг увидел легкое движение на границе кустов. Я присел и замер. Через короткое время вновь шевеление, лисица смело затрусила наискось, через поляну, постоянно сближаясь со мной. Вот она в 20-25 м, достигла лыжни и по-собачьи ткнула нос прямо в колею. Молниеносно вскидываю ружье и торопливо стреляю, как мне казалось, под лопатку. Зверя как ветром сдуло... Спокойно вывожу (деваться ей некуда) и нажимаю на спусковой крючок - осечка! Быстро переламываю ружье, вновь закрываю его вновь ловлю цель. Выстрел, но, как показали промеры, уже за пределами досягаемости дроби. Несмотря на все старания, я так и не смог найти на снегу следов дроби от первого выстрела, до того он оказался неверным. И не мудрено: сидя на корточках в зимней одежде, вряд ли было разумно торопиться и стрелять навскидку. Лисица мало того, что ушла от меня, она еще пробежала мимо спавшей и увлекла ее за собой. В этот день больше ничего найти не удалось.

При охоте с подхода хорошую службу может сослужить манок, имитирующий писк мыши. Что касается крика раненого зайца, то мне ни разу самому не пришлось добиться успеха; также безрезультатно манил при мне В. М. Фокин. Более того, после такого подманывания лисица что есть духу пускалась наутек. Василий Михайлович объяснял это тем, что именно этой лисице еще не приходилось держать в зубах зайца, который бы вопил таким образом.

Уже в первый год самостоятельной охоты, согласно книге А. В. Уварова (1930) "На лисицу с манком", я смастерил манок, тончайшую резину для него помогли достать в аптеке более взрослые товарищи, настроить не составило труда, так как у тетки за обоями шуршало и попискивало множество мышей.

В мягкую погоду манок работал удовлетворительно, но когда температура падала (охотился я каждый выходной день), он начинал фальшивить. Может быть, это было причиной ряда неудач, поэтому необходимо придумать такой манок, в конструкцию которого не входили бы материалы, резко меняющие свойства при низких температурах.

Если втягивать через сжатые губы воздух в себя, путем тренировки можно добиться, чтобы попискивание напоминало мышиное. Однако на морозе и этот способ подводит. В случае фальши зверь либо игнорирует такие звуки, либо осуществляет проверку, обходя с подветренной стороны, поэтому маскировка охотника должна быть без изъянов.

Из-за небольшой небрежности мне пришлось однажды остаться без добычи. Зверь, поняв, что его не преследуют, медленно уходил, попутно мышкуя. Прикинув вероятный путь лисицы, я обежал низинкой и устроился впереди запорошенных снегом кустов, выбил ямку для ног, сел на лыжи и запорошил снегом их концы; рюкзак бросил, не маскируя, за спину. Ждать пришлось недолго: из-за бугра, метрах в 300, показалась лисица. Она трусила по косой и явно проходила мимо. Когда до зверя оставалось около 200 м, я прикрыл лицо белой варежкой и дважды пискнул мышью. Лиса тотчас остановилась, посмотрела в мою сторону и направилась прямиком ко мне. Хоть и не первая эта охота, но сердце от волнения вырывалось из груди, во рту пересохло. Метрах в 100 она резко свернула, прошла немного, остановилась, подпрыгнула... и съела мышь, после чего побежала прочь. Это было против данных литературы и моего опыта.

Пришлось манить снова, но пересохшие губы не слушались, и в первый раз вместо писка получилось какое-то сипение, во второй - явно фальшивый звук. Лиса остановилась, но теперь весь ее вид выражал недоверие. Однако, постояв, она все же начала обходить меня по косой на ветер. Получалось, что прежде чем она попадет на струю воздуха с моим запахом, то окажется на дальнем выстреле, да и стрелять сподручно, цель слева. Но что это? Зверь остановился как вкопанный, внимательно посмотрел в мою сторону, затем развернулся и ушел, показав хвост. Оглядываюсь - и вижу сзади ярко зеленый рюкзак, диссонирующий с окружающей обстановкой, который я теперь не закрывал собой.

В. Греков
охотник, кандидат биологических наук
Журнал "Охота и охотничье хозяйство" № 01, 1989 г.

На лисиц. Часть 2.

       
  На лисиц. Часть 2.
Весьма интересна охота на засидках, причем в каждом регионе имеются свои нюансы и знать их - задача охотника. Так, на юге УССР распространено подкарауливание у нор, выходов из старых каменоломен, да и в самих каменоломнях. При этом необходимо быть предельно внимательным: лисица нередко покидает укрытие резким броском, и если хоть немного расслабиться, то и ружья не успеешь поднять. Известны случаи, когда стендовые стрелки экстра-класса не успевали выстрелить по внезапно юркнувшему зверю. Некоторые лисицы, прежде чем покинуть нору, высовывают уши, прислушиваются, затем поднимают голову, осматриваются. В этот момент недопустимы какие-либо движения. Даже когда работает в норе собака, то лиса, прежде чем покинуть нору, нередко поступает так же. Если при этом человек стоит в открытую и не шевелится, то зверь после изучения неподвижного предмета опрометью кидается наутек. Если же охотник инстинктивно дернется, то зверь вновь уходит в нору. Заметив появление из норы ушей, можно осторожно приложить ружье к плечу и держать на прицеле нору, пока не появится голова. Однако последнее отнюдь не гарантировано: может последовать сразу бросок, но к нему стрелок будет уже готов.

Зимой, когда резко сокращается число укрытий, охотятся на засидках у зарослей тростника, даже в относительно небольших куртинах и перемычках между ними. При этом специальных засидок не строят, а просто становятся в самих зарослях поближе к краю. С наступлением сумерек можно успешно сидеть на тропах, которые лисицы набивают вдоль лесополос и водоемов, причем на фоне воды и выступившей соли силуэт зверя виден и в темную ночь.

Глаз настоящего охотника, как и глаз исследователя, должен замечать все, а человек - делать правильные выводы. Без этого успешной охоты вряд ли можно ожидать. Например, на зимовках водоплавающих в Ленкорани Дмитрий Калиниченко заметил, что о телеграфные провода часто разбиваются в сумерках утки. Кстати, и до него это многие видели, но выводов не сделали. Так вот он хотел было собирать разбившихся птиц, но не тут-то было. Каждый раз его опережали то шакал, то лиса. В то время за отстрел хищников, в связи с эпизоотией бешенства, платили премию в 100 руб. У наблюдательного и остроумного охотника созрел план необычной охоты: он нарезал увесистых палок и в лунную ночь устроился под столбом. Когда все успокоилось, он кинул палку в провода, которые загудели так, будто в них угодила утка. Не успела палка упасть, как над ней стояли сразу два шакала. Через полчаса он повторил свой маневр. Таким образом, меняя места, он за ночь добыл более десятка хищников.

Не следует пренебрегать охотой на свалках возле птицекомбинатов, куда все еще попадают цыплята, утки: лисицы аккуратно посещают такие места.

Непременное условие охоты на засидках - не обнаружить себя: лисицы прекрасно видят в сумерках и моментально реагируют на малейшее движение. Даже в полнолуние попасть в метнувшегося зверя охотнику средней квалификации - дело почти безнадежное. Однажды я протащил падаль около километра, привязал ее к колышку, вбитому посредине полянки, чтобы не утащили, если вздремну. Вырыв для ног ямку и постелив под себя рюкзак, я удобно устроился метрах в двадцати в большом кусту полыни. Ближе садиться не рекомендуется: зверь нередко обегает приваду, обнаруживает охотника и, невидимый, уходит. Прошло совсем немного времени, и послышался довольно ясный топот, судя по которому лисица бежала по потаску. Обнаружив пищу, она начала обходить ее по кругу. Я не спешил изготовить ружье, и зря: буквально через минуту в секторе обзора, в двух-трех метрах показалась заиндевевшая голова зверя. Его пытливые глаза буквально буравили меня... Через несколько секунд он уже мчался по поляне. Я вскочил, в неверном свете луны мчащаяся лиса показалась мне очень маленькой и далекой. В результате два выстрела с огромными упреждениями оказались чистейшими промахами. Расстояния, как показали промеры, были всего 20 и 25 м.

Кроме этого случая мне пришлось достаточно помазать ночью по лисицам, прежде чем стало ясно, как вести себя в засидке. Однажды на Каспийских зимовках я устроился, лежа в валке морской травы-зостеры, и наблюдал за безуспешной охотой лисицы за отдыхающими на отмелях утками и гусями. Потревоженные огромные стаи с большим шумом отлетали немного и вновь садились, а разгоряченный зверь вновь и вновь начинал скрадывать и преследовать их по совершенно гладкой поверхности. Когда лиса оказалась метрах в 30-ти напротив, я присел и поднял ружье, но она так лихо помчалась, виляя среди лужиц, что два выстрела скорее, напоминали салют. Вскоре я промазал еще двух, не поднимаясь, из положения лежа. Тогда я перешел в заранее отрытую и хорошо замаскированную засидку, расположенную метрах в 12 от берега. Примерно через час появилась лисица. Она деловито трусила вдоль берега, остановилась, что-то съела с хрустом и, не обнаружив меня, прошла метрах в десяти. Я пропустил ее и, когда до нее было метров 20-25, поднял ружье, спокойно прицелился и выстрелил. Теперь зверь не заметил моих движений и был взят чисто. В заранее подготовленной засидке неплохо установить ружье на подставках так, чтобы оставалось лишь нажать в нужный момент на спусковой крючок.

Стрелять в сумерках, и даже при полной луне, по наземным целям на темном фоне трудно, поэтому охотники Ленкорани привязывают на концы стволов белую тряпочку, которую лучше видно, чем стволы на фоне цели. Сначала вместо тряпочки я использовал полоску бинта с узелком вместо мушки, в дальнейшем брал 10 см узкого лейкопластыря, сворачивал большую половину в крепкую катышку и от обреза стволов за мушку наклеивал ее. Вторым отрезком (около 30 см) фиксировал мушку с противоположной стороны; остатками заклеивал полпланки, что позволяло более точно прицеливаться, ибо видны были ошибки по вертикали.

Более надежные результаты давал сделанный из карманного фонарика осветитель с лампочкой в 2,5-3,5 вольта и питанием в виде одной плоской батарейки. Однако такое приспособление было потом в большинстве регионов запрещено, хотя совсем недавно промышленностью выпущен исключительно мощный охотничий прожектор (ОП), который по своим характеристикам не шел ни в какое сравнение с упомянутым прототипом. На мой взгляд, чтобы не было промахов и подранков при охоте на лисиц, следует разрешить пользоваться источником света.

На юге Украины существует мобильный способ групповой охоты (2-5 человек) на лисиц среди виноградников, при котором все участники находятся в движении и всем интересно. Лисицы любят виноград и поедают его в больших количествах. После уборки урожая остается какое-то количество гроздей, которых лисицам более чем достаточно. Бесспорно, что в винограднике обитает много различной живности, и хищник не становится вегетарианцем, но о том, что он воздает должное винограду, говорит его кал, состоящий почти из одних косточек этих ягод.

Лисицы находятся в винограднике не только ночью, но и днем, поскольку он предоставляет в степи прекрасные защитные условия. Однако возле лимана с непролазными терниками часть лисиц тоже днюет в винограднике.

В настоящее время большая часть кустов на плантациях подвешивается на проволоке, натянутой между цементными столбами (шпалерный метод), так что можно ходить лишь вдоль рядов или поперек них по дорогам, рассекающим поле через каждые 100-200 м.

Самое неблагодарное занятие - ходить вдоль рядов, ибо в этом случае можно лишь издалека увидеть зверя. Лучше двигаться поперек рядов, параллельными дорогами, проложенными для удобства сбора урожая и обработки массива. Участники данной охоты образуют не котел, как на поле, а чуть вогнутую или даже прямую линию и идут, слегка подшумливая. Зверь уходит от вспугнувшего чаще по рядку и через самое короткое время появляется на следующей дороге, которую редко одолевает с ходу. Увидев знак вспугнувшего или мелькание рыжего пятна среди кустов лозы, следует спрятаться за столбик, изготовиться и не делать никаких резких движений, пока рыжая не окажется посреди дороги.

Нередко появление лисицы на дороге бывает неожиданным. Если ее не заметили, то она благополучно проскакивает дорогу. Если же заметили, то зверь четко улавливает и резко поворачивает назад. Да так, что и выстрелить не успеешь, а то и отсалютуешь по кустам. Иногда зверь затаивается, но обычно его хорошо видно в чистых междурядьях, и достаточно крикнуть или ударить палкой по проволоке, чтобы он пустился наутек.

Однажды на такой охоте мы были втроем. Зверь внезапно вышел от соседа слева и пробежал через дорогу впереди меня. Знаками я обратил внимание шедшего справа, который , кстати, был без ружья. Он заметил затаившуюся лисицу и вспугнул ее криками. Зверь бросился на этот раз против ветра и на полном галопе вернулся на мою дорогу.

Если охотятся только двое, то лучший и более опытный стрелок должен идти по дороге с подветренной стороны и чуть-чуть сзади.

Одежда охотника на лисиц должна соответствовать погоде, быть удобной, легкой и теплой. Для маскировки на снегу совершенно необходима белая верхняя одежда. При подходе, пожалуй, наиболее хорош комбинезон или брюки и куртка из плотной, непросвечивающей белой материи. Полы халата зачастую полощут на ветру, привлекают внимание зверя и полностью демаскируют охотника. В охоте на лисиц любая мелочь должна быть учтена, ибо именно она способна испортить все дело. Например, когда зверь близко, не мешает маскировать лицо белой варежкой или маской. Следует пришить к защитной одежде карман для бинокля и второй, поменьше, для нескольких запасных патронов, сделать все ремни и ремешки белыми.

В экипировку совершенно необходимо включить 8-12-кратный бинокль, потому что на поле успех сопутствует тому, кто первый обнаружит другого: вы лису или лиса - вас. При сложном рельефе или при наличии укрытий (трава, бугорки, грубая пашня, валки снегозадержания) необходимо, пройдя 100-200 м, остановиться и тщательно осмотреть окрестности с помощью бинокля. В общем, следует придерживаться правила: в перспективных местах больше смотреть и меньше ходить.

Наличие бинокля позволяет сократить отклонения на проверки подозрительных пятен, которые кажутся спящими лисами, и, наоборот, явное пятно оказывается зверем, и охота... испорчена.

Важность бинокля переоценить трудно, но, чтобы он не выходил из строя и не был на охоте бесполезным грузом, следует сделать надежное защитное приспособление на окуляры. Ничего лучшего пока не придумано вместо кожаной крышечки, которой комплектовались прежде все бинокли. Сейчас, к сожалению, их заменили полиэтиленовыми эрзацами, которые хуже выполняют защитные функции. Поэтому рекомендуемую крышечку надо сделать самому из обрезка старого ремня, кусочков тонкой кожи с помощью клея, шила и ниток. Основное требование к изделию - крышечка должна плотно надеваться на окуляры при рабочем разведении тубусов бинокля. При использовании бинокля крышечка сдвигается вверх по нашейному ремешку; при транспортировке, наоборот, сдвигается вниз и надевается на окуляры.

Для того чтобы крышечка не срывалась с окуляров при ношении бинокля на груди, ее следует надевать на внешнюю сторону петли, с помощью которой нашейный ремешок соединяется с биноклем (см. рис.).

На лисиц. Часть 2.
Рис.
1. - крышка кожаная, 2. - бинокль, 3. - внешняя часть нашейного ремешка.
Если возникнет необходимость подползать по-пластунски, то бинокль лучше спрятать в сумку. Кроме того, бинокль можно носить на охоте и в фабричном чехле, маскированным белым, но при этом доставать его часто не совсем удобно, хотя многие выдающиеся охотники в прошлом носили бинокли в фабричных чехлах.

На зверовой охоте в большинстве случаев предпочтительнее кучный бой ружья; пожалуй, лишь возле норы и в густых зарослях желательна широкая осыпь. Учитывая, что на этой охоте стрелять приходится мало и следует дорожить каждой возможностью, то несомненно больше шансов дает 5-за-рядный полуавтомат, чем двустволка. Иногда зверя добывают не только 3-м, но даже 5-м выстрелом.

Большое значение для безотказной работы оружия имеют высококачественные патроны. Наилучшими отечественными гильзами для автоматического оружия в настоящее время являются полиэтиленовые. Они не размокают, выдерживают до 5-10 выстрелов и входят в ствол скользя, как по маслу, но и здесь есть своя ложка дегтя. У этих гильз недостаточно надежное соединение полиэтиленовой трубки с металлической шляпкой. Нередко на третьем, а то и на втором выстреле шляпка слетает и задержка гарантирована.

В мороз полиэтилен грубеет, лопается во время выстрелов и, даже случается, целиком вместе с дробью вылетает через ствол. В таком случае задержка неизбежна, поскольку одну шляпку затвор не выбрасывает. Таким образом, заводам-изготовителям необходимо обратить внимание на укрепление составных частей полиэтиленовых гильз, а охотникам - учитывать данное обстоятельство.

По размеру лисицы значительно отличаются в различных регионах. Так, южно-украинская лисица чуть ли не вдвое меньше среднерусской. В связи с этим, по-видимому, и дробь для отстрела следует применять разную. Кроме того, размер дроби зависит и от расстояния, на котором рассчитывают добывать зверя. Возле норы или в зарослях может вполне подойти и третий номер, а на открытых местах лучше № 1-000. Мой первый наставник (В. М. Фокин) охотился зимой, преимущественно на поле с подхода, и применял дробь № 000.

Варьировать номерами дроби приходится для получения необходимой кучности. По Л. П. Сабанееву и современным расчетам, для чока с сужением 1 мм согласованной является дробь № 0. Опыты показали справедливость данного положения. Добиться еще большей кучности можно с помощью полиэтиленовых пыжей (прокладок) и стаканчиков, а также путем укладки дроби рядами.

В настоящее время для МЦ21-12 мной применяется патрон следующего снаряжения: в толстую полиэтиленовую гильзу засыпается навеска пороха "Барс" 2,1-2,2 г (подбирается опытным путем) так, чтобы при температуре -20 С была хорошая кучность и резкость. Данный порох занимает в гильзе меньше места, чем "Сокол", что позволяет манипулировать пыжами, контейнерами, укучнителями и снарядом дроби. На порох помещаю отечественную полиэтиленовую прокладку, предварительно запаяв дырочку в ее центре раскаленным гвоздем. Затем досылаю войлочный пыж и контейнер (без амортизатора), в который помещаю 35 г дроби и пересыпаю ее крахмалом. Необходимо помнить, что "Барс" требует нагрузок и хорошей обтюрации пыжей.

Рассыпной патрон для охоты у норы или в зарослях состоит из максимальной навески пороха "Сокол", указанной в инструкции, или даже на 0,1-0,2 г больше, в зависимости от используемого ружья. На порох досылаю полиэтиленовую прокладку с дырочкой в центре, два войлочных пыжа, картонную прокладку, затем слой или два дроби № 000 и остальное - дробь № 3. Общий вес дробового снаряда не должен превышать 28-30 г. Выстрел получается мягкий и вместе с тем резкий, с довольно широкой осыпью. С расстояния 15-25 м оба номера дроби проходят туловище насквозь и задерживаются под кожей с противоположной стороны. Имеются и другие варианты получения широкой осыпи крупной дроби из чока, но мне думается, что и этого вполне достаточно.

Оба патрона идут под обычную закрутку. На картонном пыже обязательна маркировка, обозначающая сорт и навеску пороха, номер дроби, год, поскольку патроны чаще всего не расходуются за сезон. Маркировка выглядит примерно так: ОБК/2,1-87 , что означает дробь № 0, порох "Барс", крахмал, навеска 2,1 г, год 1987.

Необходимо взять за правило для всех серьезных охот использовать только новую гильзу: больше шансов, что не произойдет разъединения трубки и шляпки. При хранении в старых гильзах порох разлагается во много раз быстрее, чем в новых.

При снятии шкурок охотник обязан пользоваться резиновыми перчатками, а после - тщательно вымыть руки в перчатках и без них, густо намыливая их в каждом случае по нескольку раз: щелочь довольно быстро инактивирует вирус бешенства. При укусе и ослюнении, что случается на охоте, необходимо это место промыть мыльным раствором или вымыть тщательно с мылом, прижечь крепкой настойкой йода и срочно обратиться к хирургу или травматологу.

Покусы чаще случаются при отлове лисиц, а также когда контуженная выстрелом лисица оживает за спиной на ремне. Случается, подвешенная для снятия шкуры лиса вдруг впивается в незадачливого охотника. Мало того что это чрезвычайно болезненно, к тому же не так просто разжать зубы. Можно привести множество примеров, когда лисица не только кусала, но и благополучно убегала с ремнем или шарфиком на шее, на котором ее несли километры.

Не следует забывать, что реакция у лисицы значительно выше, чем у человека, и обыграть ее можно лишь в том случае, если предварительно дать ей что-либо в зубы (стволы, палку, тряпку) и отвлечь внимание. Мы однажды пренебрегли этим правилом при отлове лисицы для нужд секции кровного собаководства и жестоко поплатились: никто даже не успел заметить, как зверь схватил мою левую руку и, захватывая все глубже и глубже, в самое короткое время сумел буквально изжевать ладонь и пальцы, прежде чем сумели разжать зубы.

Носить на себе убитую лисицу нецелесообразно. Убедившись, что она мертва, следует снять шкурку, оставив для дома лишь ту часть работы, которая занимает много времени, а именно обработку пальцев. Для этого нужно отрезать по суставам конечности как можно короче и остудив шкурку, поместить ее в полиэтиленовый пакет, чтобы кровососущие эктопаразиты не перебрались на вас. Дома в пакет вводятся инсектициды и после гибели паразитов проводится дальнейшая обработка шкурки. Лично я провожу все операции в перчатках. Разумные меры предосторожности необходимы на всякой зверовой охоте, поэтому они не должны охладить тех, кто желает помериться силами с красным зверем. Ни пуха ни пера!

В. Греков
охотник, кандидат биологических наук
Журнал "Охота и охотничье хозяйство", № 02, 1989 г.

Конструктор сайтов
Nethouse